Профессор Федоров

Природа духовных коммуникаций: гипотеза "психоворота"

2008-10-28T14:00:45Z

Не менее очевидна для автора и четвертая функция коммуникации - сенсорно-обучающая. В психологии давно принято считать, что человеческий мозг, в рамках социального поведения, реализуется всего на 3-4%, что кажется вполне возможным. Подчеркнем, что оставшиеся мощности мозга не исчезают бесследно, а определяют фоновый уровень бытия психического логико-понятийного тракта. Не касаясь специакльного вопроса о природе и механизмах этих, формально не слишком задействованных в принятии поведенческих решений, человеческих способностпей, отметим лишь, что, по нашим представлениям, такие способности и выражаются в степени сенсорности, умении видеть и учитывать в любой форме нюансы ситуации, которые вроде бы не имеют отношения к сути происходящего.

Думается, что такая сенсорность, чувствительность, чуткость, данная в специфике произвольного внимания, одной из причин имеет критически большой, постоянно накапливаемый опыт индивидуальных коммуникаций. Последние приучают человека к необычным свойствам пространства и времени общения. Иначе говоря, не всякий сенсорно развитый, с тренированным вниманием, человек имеет большой опыт коммуникаций; но каждый, имеющий достаточный опыт коммуникаций, развивает эти качества.

Такие зависимости позволяют выделить и пятую функцию коммуникации - символьную. Попросту говоря, повторяющиеся достаточно часто коммуникативные акты приучают человека ориентироваться в системе символов - ситуативных, личностных, социальных, - хотя бы быстро классифицируя такие символы по линии: "помогает, мешает или запрещает ситуация или тип личности партнера вступить в очередную коммуникацию".

Природа духовных коммуникаций: гипотеза "психоворота"

2008-10-26T17:40:15Z

Имеет смысл выделить и третью, катартическую, функцию духовных коммуникаций. Думается, что именно опыт духовных коммуникаций - одна из основ чувствования прекрасного. Во всяком случае, не случайно, видимо, большинство респондентов, по данным автора, при описании коммуникаций употребляли эстетические термины ("красиво", "вспоминаешь, как кино смотришь"). Видимо, ощущение какой-то "правильности" коммуникации, какого-то инакобытия себя с непривычно раскрытыми, а не спрятанными за имиджами, как обычно, комплексами у заметного числа людей вызывает прямые и мощные ассоциации либо с красотой вообще, либо с каким-то непривычным, красивым общением.
Если дело обстоит так, то коммуникация является еще и своеобразной игрой в "несбывшуюся красоту", это еще и понимание колоссальной огромности, непонятности красоты мира, которая дана у всех в воспоминаниях о детских коммуникациях.
Поэтому, видимо, неосознаваемая тяга даже формально грубых, прагматически ориентированных людей к "красивому", уже подспудно содержит в себе мотив коммуницировать.

Природа духовных коммуникаций: гипотеза "психоворота"

2008-10-26T13:24:51Z

Вторая очевидная функция коммуникативных актов - иллюзорно-компенсаторная.
Речь идет о том, что, кроме всего остального, коммуникация позволяет, в принципе, придать своей жизни смысл, хотя бы субъективно понятый и ненадолго. Такой путь компенсации убогости, уродливости своей социально-ролевой жизни открыт даже для убежденных мещан. Он провоцирует чувствования, которые можно выразить примерно так: "Я, конечно, не гений, и не самый полезный член общества, но я уже не раз и не два доказывал себе и своим партнерам по коммуникации, что могу почувствовать комплексы, страдания другого человека, и бескорыстно помочь ему, хотя бы тем, что он, вроде бы, чувствует свое неодиночество в общении со мною, мою бескорыстную жалость и понимание стабильных проблем в его жизни".

Иллюзорно-компенсаторная функция коммуникации выражает необходимость "социального сна", временного отхода от слишком функциональных социальных ролей, мощную склонность людей формировать иллюзии, принципиально дисфункциональные для мира социума.

Природа духовных коммуникаций: гипотеза "психоворота"

2008-10-25T06:19:46Z

Первая, и наиболее очевидная, функция коммуникации - функция низуса.
В данном случае, под "низусом" имеется в виду неискоренимость коммуникаций в жизни социума, вопреки их формальной невыгодности для последнего.

...низусная функция коммуникаций выражает ограниченность, но неистребимость для огромного числа людей шансов творчески самореализоваться через совместное общение, опосредованное уже только природой самого разума, а не привычным отчуждением труда, о котором так много писали Г. Гегель и К. Маркс.

Именно в этом смысле, по представлениям автора, духовная коммуникация есть простейшая, чистая, фундаментальная морфема жизни разума, его "жизненного порыва", прокладывающая себе дорогу, ослабевая и искажаясь, через тысячи "социальных фильтров", в том числе и на уровне индивидуальной психики.

Образно говоря, если человек искрене и хотя бы какое-то время хочет самореализовываться, понять как можно больше, изменить свои глубинные комплексы, уже явно мешающие ему жить, то для описания такого состояния не слишком верна вроде бы очевидная фраза "я самореализуюсь", В этих процессах все меньше собственно "я", все больше коммуникаций с кем-то, пусть даже на уровне странных и дорогих сердцу узника одиночной камеры галлюцинаций и фантазий.

Природа духовных коммуникаций: гипотеза "психоворота"

2008-10-24T11:11:15Z

1.1. Исходная гипотеза природы духовных коммуникаций

"...То, что есть в человеке, бессомненно, важнее того,
что есть у человека".
А. Шопенгауэр

По представлениям автора, собственно коммуникация имеет целый ряд качественных особенностей. Назовем лишь наиболее яркие из них.
1. Коммуникация действительно возникает как бы "из" общения, но возникает как формирующееся отрицание обычных эгоистических мотивов и алгоритмов общения и простого информационного обмена, демонстрируя все большую роль ролевых, в духе известных формул К. Левина, эффектов поведения.

2. Стартовые мотивы вступления именно в коммуникацию чаще скрыты, вплетены в обычные системы потребностей общаться. Вполне возможно, что это мотивы сохранения (или формирования) своеобразной личностной гомеостазы, умение сохранять основу своей личности ("самость" как архетипическую основу психики (К. Юнг) или потребность в самореализации (А. Маслоу)) в сложных ситуациях, или в череде сравнительно простых, но "растворяющих" личность, провоцирующих ориентацию только на групповое стигмирование.

В этом смысле, даже старт процессов движения к коммуникации парадоксален - если обычное общение выражает принципиальную неравновесность индивидуального разума, его стремление найти поддержку извне ("модель велосипеда", где равновесие обретается только в движении), то коммуникацию правильнее, видимо, представить как некий движущийся личностный инвариант диадного, чаще всего, общения.

3. Существуют некие, не слишком многочисленные, законы трансформации обычных ситуаций социального взаимодействия в коммуникативные, - например, неизбежность стихийной или осознанной триггер-калибровки партнеров, кризисного состояния "аптайма" как своеобразной цены и этапа перехода к коммуникации и т.д.

4. Вырастая из обычного, опосредованного веберовским "духом частной собственности" общения, коммуникация бурно меняет и качество общения, и восприятие участниками среды ее протекания. Резко меняются, например, чувствования пространства-времени, трансформируется музыкальное и цветовое восприятие и т.д. Иными словами, она показывает своеобразный "захватывающий эффект", свойство захватывать все больший диапазон внимания участников. Уже поэтому коммуникация принципиально симметрична , подразумевает лишь слабое ситуативное лидерство, чужда тому, что в нынешнем обыденном сознании называется "энергетическим вампиризмом" или "стихийной суггестией".

5. Проведенные опросы показывают, что большинство респондентов положительно оценивают опыт коммуникативных актов, но, как ни парадоксально, не слишком стремятся к их повтору. Видимо, уже в самой структуре акта коммуникации сожержится какая-то социальная матрица, обрывающая его развертывание, охраняющая шанс вернуться в поле социального поведения, что и объясняет кратковременность и редкость описываемого феномена.

...коммуникация подразумевает фазу эмпатии, хотя и не сводится к ней; что вполне представимо социлогическое описание ситуаций, провоцирующих вступление в коммуникацию; при этом сложность и хрупкость коммуникативного общения практически запрещает массовость такого общения и т.д.

Пролегомены социологии духовных коммуникаций. Введение.

2008-10-23T13:55:14Z

Отметим сразу, что духовная коммуникация имеет множество уродливых подобий себе, того, что автор называет квазикоммуникацией. Выделим поэтому три базовых признака таких квазикоммуникаций.

Во-первых, квазикоммуникация всегда асимметрична. Например, поведение людей на телевизионном шоу формально похоже на массовую коммуникацию. Чаще всего, однако, в шоу-индустрии вообще нет цели взаимного понимания, вчувствования; речь идет только о том, что в теории нейролингвистического программирования называется триггер-калибровкой, более или менее умелым поведением группы лиц к состоянию своеобразного шока - "uptime", когда людям удобнее навязывать выгодные для организаторов решения и ценносвти, - как правило, совершенно корыстные и прагматические.

Коммуникация же принципиально симметрична, она автоматически подразумевает состояние, когда мнение, ценности, ассоциативные ряды другого человека воспринимаются как свои собственные. В этом смысле, даже термина "симметрия" недостаточно.

Во-вторых, коммуникация эпифеноменальна. Проще говоря, она не вытекает из ситуации, хотя качество и сценарий ее от такой ситуации прямо зависят. Напротив, коммуникация строит небывалые ситуации, когда чувствование партнерами пространства и времени общения могут поразительно меняться. В этом смысле, коммуникация есть бифуркация искреннего общения. Она возникает тогда, когда у нескольких людей формируется странное чувствование, которое можно описать примерно так: "происходящее для меня болезненно важно, совершенно не могу справиться один, перестают интересовать обычные формы общения, хочу реализовать себя, устал от агрессии". Впрочем, даже при одномоментном возникновении подобного чувства у нескольких партнеров, коммуникация не возникает автоматически - требуется некоторый "Х-фактор", который, по догадкам автора, надо искать в области стихийной совместимости различных типов личности.

В-третьих, духовная коммуникация всегда бескорыстна. Она исключает чувствование "понять, чтобы использовать", апеллируя к творческой, гуманной стороне человеческой души. Уже поэтому трудно представить себе систему фи нансирования подобных исследований в рыночных обществах. Внушает оптимизм, впрочем, не поиск спонсоров, а сам факт существования коммуникации.

Особняком в описании проблемного поля этой книги стоит вопрос о возможностях и качестве массовой коммуникации. Приведенные выше аксиомы принимаемого подхода автоматически подразумевают огромную редкость такого феномена; во всяком случае, продукты современной массовой шоу-индустрии, невзирая на такие характеристики, как ярко выраженный общий интерес, показной энтузиазм, яркую развлекательность, и т.д. - массовыми коммуникации быть не могут. Простейшими примерами того, что вроде бы подпадает под перечисленные параметры коммуникации, являются , скажем, прослушивание огромными массами населения речи И.В. Сталина, о начале Отечественной войны, объявление ТАСС о полете Ю.Гагарина, некоторые ситуации празднования 9-го мая и т.п.

Энергетика массовой коммуникации колоссальна и показывает, видимо, что и на коллективном уровне лучшие стороны человеческой души могут не исчезать и не опосредоваться отчужденной социальной и политической властью.

...коммуникации помнятся дольше, чем так называемое "судьбоносное решение", хотя не всегда с ностальгией вспоминаемая коммуникация вызывает желание ее повторить именно с этим человеком.

Разумеется, в конце введения очень хотелось бы написать, что эта книга предназначена для широкого круга читателей и может быть использована как учебное пособие для студентов и слушателей самых разных учебных заведений. Однако специфика темы, которой посвящена эта книга, такова, что такая фраза была бы скорее забавной, поскольку, строго говоря, насильно обучить коммуницировать нельзя. Можно лишь намекнуть на то, что люди, искренне стремящиеся сделать карьеру, разбогатеть, прославиться, повы

сить свой престиж, даже приобрести классические навыки научного исследования, могут запросто обойтись и без коммуницирования и, тем более, без чтения книг по этому поводу.
Последнее рекомендуется лишь тем, кто начинает догадываться, что становиться собой - мучительный, но полный редких и особых радостей путь, выбрать который человек может, а знать его конечную точку - нет.

Пролегомены социологии духовных коммуникаций. Введение

2008-10-21T13:52:49Z

Коммуникация описывает удиви тельную способность человека быть собой, будучи одновременно и другим. Она показывает, следовательно, принципиальную несамотождественность человека, - уже потому, что человеческая личность, имея свое автономное, ни к чему не сводимое качество, одновременно включает в себя и смерть, и возможность быть другим человеком.

Удивительно, собственно, не этот, а то, что человек коммуницирует, включает в себя духовность другого вовсе не только тогда, когда это выгодно - например, когда надо просто выйти замуж или когда ты чувствуешь острое желание настрогать хозяйственного мыла в соседский суп. Отметим поэтому еще одну печальную особенность бытия духовных коммуникаций в человеческом мире: чаще всего, они социально дисфункциональны. Иными словами, в подавляющем большинстве случаев для воспроизводства государственности коммуницирующие люди откровенно вредны, из них выходят отвратительные избиратели, солдаты и участники массовых шоу.

Впрочем, вряд ли стоит тревожиться за судьбы социума. Он много раз показывал, как виртуозно он умеет приспосабливаться к самым странным сторонам человеческой души. Он настолько уверен в себе, что подразумевает даже библиотеки для тех, кто хочет разобраться, почему ему не нравится современный социум. Кроме того, они вообще редки, эти самые духовные коммуникации. Не так уж часто человек, и, тем более, группа лиц, способны подняться до ситуации, когда увлекаешься общим с партнером делом больше, чем хочешь извлечь из этой ситуации прямую или косвенную выгоду; именно поэтому искусство духовной коммуникации - вовсе не "менеджмент общения", как это иногда представляется. В этой области обычное понятие "информационного банка данных" приобретает какой-то иронично-садистский оттенок, зато попытки понять собственную духовную коммуникацию - самый фундментальный способ избавления от нескромности.

Пролегомены социологии духовных коммуникаций. Введение

2008-10-21T07:32:30Z

Эта книжка вышла у профессора совсем недавно. Тираж ничтожно мал, так что попробую какие-то куски выкладывать здесь.
Ваша chikunya .

КОММУНИЦИРОВАТЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ
(вместо введения)

Есть только одна врожденная ошибка - это убеждение, будто мы рождены для счастья.
А. Шопенгауэр

...одновременно точное измерение и понимание человеческой духовности и человеческого стремления к выживанию невозможно.

Попросту говоря, если точно известно, что этот человек всеми силами души стремится выжить, адаптироваться к современному социальному миру, то мы ничего не можем сказать о его духовности; и наоборот - если человек заведомо духовен, то ничего нельзя сказать о степени его приспособления к миру.

...Колоссальный рост отчуждения между людьми, законченных и, по своему, совершенных форм насилия, включая современный терроризм, явный кризис моногамной семьи, уход целых страт, особенно молодежных, в виртуальный мир наркотиков, азартных игр, алкоголизма, гендерный кризис, особенно проявляющийся в утрате идеалов мужской чести и патриотизма, всеобщее увлечение имиджами, замена тяги к рефлексии увлечением шоу-технологиями, превращение милосердия в бизнес и объявление бизнеса милосердным, трансформация ранее интимных человеческих чувств в рекламные символы, - все это часто вызывает у исследователя не желание совершенствовать методологию, а естественную брезгливость, на которую социолог не имеет права.

Кроме того, на долгие годы социология коммуникаций оказалась в плену категориального аппарата, разработанного основоположниками кибернетики (Н.Винер, К.Шеннон). Сами идеи объяснения человека через обмен информацией, передачу так называемых месседжей (сообщений), дистантное общен ие с помощью технических средств, казались настолько многообещающими и привлекательными, что надолго заслонили аль тернативные модели, объединенные естественным, но, длительное время, крайне непристижным вопросом: информация, что именно она описывает в движении и структуре человеческого духа?

...Отношение большинства людей к тому, что они называют коммуникациями, сейчас часто становится похожим на общение со старым седым котом. Он привычен, не доставляет больших хлопот, в положенное время мурлычет; изредка вспоминают о его милых детских проказах, но вопросов о том, думают ли животные, и можем ли мы их понять, вся эта череда привычных ситуаций уже не вызывает.
Люди старшего поколения могут еще помнить какие-то формы духовности, вроде любви и патриотизма, которые вроде бы и неприлично называть просто информацией.
... в довольно дружную, хотя и странноватую семью атрибутов мира (Пространство, Время, Противоречие, Истина, Вероятность) в начале XX века была торжественно и с одобрения большинства специалистов введена новая гостья - Информация. Все так радовались этому, что уступали ей место и были готовы даже гравитационные парадоксы сводить к движению информации. Вскоре, однако, гостья убедительно доказала, что по характеру она далеко не Золушка. Решительно и беспардонно оттесняя названых сестер, она посягнула даже на саму Материю, объявив ее производной от информации.

Ближе к концу ХХ века стали возникать первые фундаментальные сомнения в правомерности такого взгляда на мир, где роли классических философов почему-то стали отходить кибернетикам, специалистам по нейролингвистичекому программированию, public relations...

...Все чаще в последнее время возникают попытки альтернативного понимания природы человеческих коммуникаций.

Эта книга и посвящена обоснованию одного из вариантов такого альтернативного понимания, который кажется автору наиболее перспективным.

О любви

2006-07-27T10:58:09Z

Расшифровка аудиозаписи 2000 г. - профессор беседовал с несколькими детьми 15-17 лет у меня дома. Запись 2000 г. - с сокращениями.
chikunya

Амурология, как попытка разобраться, что такое любовь, влюбленность, брачное поведение, семья (это всё абсолютно разные вещи), она возникла со времен Сократа. Причем постоянно считалось, что это не ново, впервые попробовал описать, кстати говоря, все известные наблюдения – Стендаль, «О любви». Там есть термины, которые используются до сих пор – первая кристаллизация… Короче говоря, к 21 веку в амурологии, в представлениях о любви есть несколько посылов. Причем они абсолютно враждебны друг другу. То есть, если тебе кажется одно верным, то с другим ты уже согласиться не можешь. История этих подходов – у некоторых 100 лет, у некоторых – более 1000. Я их просто пока перечислю.

Первый подход – фрейдистский, по Фрейду. Он существовал по отношению к любви и до него. Общий тезис такой, коллеги. Любви нет. Все, что по этому поводу говорят, - это некоторые мифы. Некоторые мифы, которые благородны, кажется, что мы возвышаем друг друга. В общем, примерно вот так вот. Вам видно, ребят? Если это «я», а это «ты», допустим, мужчина и женщина, то любовь, по Фрейду, это попытка, и возникает в том случае, если в тебе, допустим, в женщине, есть некоторая часть души, которая мне нравится. И любовь – это попытка присвоить часть души другого себе, как частную собственность. Любить никого кроме себя нельзя. Любовь – это всегда форма нарциссизма, любовь к себе, но по поводу другого. Довольно забавно то, что есть плюсовая фаза: пока ты не добился от этой женщины того, что тебе в ней нравится: она хорошо готовит пирожки, мне нравится беседовать с ней о Тарантино, ты говоришь, что глаза ее как туман, что она необыкновенная, а когда ты добился своего – прошу прощения, подружка, всё… Если эта бедная женщина говорит, что вот тут у меня тоже что-то есть, то она пропала. Мне это не надо. Вся моя любовь – это попытка присвоить то в тебе, что надо мне. Идея ясна, да? Вот это первая модель.

Вторая модель возникла в русле православия довольно давно. … Впервые четко ее сформулировал Сергий Радонежский. А в последнее время, уже в конце 19 века – Владимир Соловьев. Там модель абсолютно другая. Модель примерно такая. Любовь не является характеристикой ни меня, ни тебя, ни мужчины, ни женщины. Это неверно. Если в тех же терминах разговаривать, есть «я», и есть «ты», то в «Письмах о любви» Соловьева, у Флоренского… они воспринимают это примерно так… Любовь – это когда вместо обычного общения, какой-то коммуникации «я и ты» вот здесь вот возникает какой-то демон общения, неясно, что. Икс. Этот демон общения, мы вкачиваем в него энергию, и я, и ты, и он обретает реальность и диктует нам свою волю. Любовь – это императив общения. Любовь – это когда стыдно не любить. Любовь есть нечто между мной и тобой, такой вот невербальный, непонятный, неосязаемый, неощущаемый ребенок, который возникает до беременности, это «беременное общение». Идея ясна?

Есть тезис о том, что никакой любви, кроме несчастной, нет. То есть, если ты любишь кого-то, то твоя любовь либо уступает, либо господствует. Взаимной любви не бывает. Любовь есть форма мазохизма. Любовь возникает из желания пострадать. И в этом смысле любовь ужасна. Никакой радостной статьи про весенние лучики, и как здорово любить – по третьей точке быть не может, любовь – это форма ужаса, кошмара бытия.

Есть, наконец, некоторые теории нашего земляка Ивана Павлова. Вы знаете, эта точка зрения совершенно по форме утилитарна, к счастью, или к несчастью, есть множество опытов, которые ее подтверждают… Любовь есть связь физиологии мозга с физиологией тела. Любовь зависит от времени года, сейчас идет весна, у вас… ферментов, и вы плавно ощущаете желание размножаться. Все остальное – это ваши домыслы. Любовь имеет четкую физиологическую основу. Таблеточка – полюбил. Таблеточка – разлюбил. Таблеточка – заревновал. Такие опыты есть, и они показывают – и в этом даже совершенно тупом аспекте – дана ли любовь на уровне почек, сердца, мозга – где она находится, как вытащить окровавленную кость и показать: вот физиологическая основа любви… тоже…

Чем отличается любовь от влюбленности? Когда я вам говорил о Стендале, о точке кристаллизации, образ, вы знаете, какой… Я уже плохо помню… вот пещера в Швейцарии, где насыщенный солевой раствор, озерцо, и когда опускаешь веточку и вытаскиваешь, довольно быстро соль застывает и получается очень красивая такая штука… Верно ли, что любовь зависит от готовности? Когда ты или настрадавшись, или уж больно попал партнер или партнерша на твое ожидание счастья… У тебя веточка уже есть. Ты просто опускаешь ее куда-то, прошел день – ты проснулся и видишь: а ведь я люблю. Или влюблена. Любовь развивается или она вообще неизменна – в двоичном коде, либо есть, либо нет? А если развивается – то как? По какому графику?

Дальше. Надо ли избавлять от любви? Вот если… вот один из авторов пишет: любящих людей не любят, в общем-то. Вот если у тебя подружка, ты пришла – а она вся в слезах, я люблю Колю, а он меня не любит… Реагируют обычно как? Ты посмотри на подружку-то, она ночей не спит, плачет, ты говоришь: да брось ты, да нужен был… То есть, вернись в клан нелюбящих. Наша цивилизация основана, как Макаревич поет, на эпохе большой нелюбви. Любовь вредна для государства. А отсюда разговор о том, почему мы живем в цивилизации, основанной на нелюбви, на том, что как бы парадоксально, не любя, сбиваемся в кучи и при этом режем друг другу животы. Войны, все такое… Тогда откуда берется любовь, вот сам тезис Христа, вот, Флоренского о том, что единственная высшая цель цивилизации – возлюбить друг друга?

Можно прожить всю жизнь и не полюбить. Я однажды беседовал с человеком… человеку за 50… человек прожил жизнь и ни разу никого не полюбил. Это бывает не так часто. То есть, в среднем люди все-таки любят, как правило, в молодости. Два-три раза – практически невозможно.

Любовь, и мужская, и женская, откуда-то берется. Есть причины для того, чтобы она была. Кое-кто отвечает: берется из физиологии. Кое-кто начинает петь совсем маразматические вещи: любовь есть благодать, поэтому наша беседа совершенно бессмысленна, любовь непознаваема, никакого смыслового набора слов сказать нельзя. Я в данном случае занимаюсь не перечислением того, что я думаю.

Любовь, и мужская, и женская, возникает из симпатии. Чтобы возникла любовь… она не берется на пустом месте… даже если это с первого взгляда, все равно было 5-10 секунд острейшей симпатии. Симпатия – это спутник, который выводит любовь на орбиту. То есть, возможна симпатия без любви. Любовь без симпатии невозможна.

Симпатия бывает трех типов.
Простейший тип, который бывает часто… у пьяниц после второго стакана… симпатия по линии «я – я». Мы с тобой похожи. Ты в лицее – и я в лицее. Дается легко, помнится недолго.

Второй тип симпатии – гораздо реже и помнится дольше. Речь идет о неделях. Это симпатия типа «мы». Мы с тобой христиане. Мы с тобой коммунисты. Мы с тобой подружки. Или кореши.

Есть высший тип симпатии – симпатия непохожести. Вот между мною, Настя, и тобою. Ты – молодая, я уже, мягко говоря, не очень. Ты меня не знаешь, и я тебя не знаю. Высший тип симпатии – по уровню «я – не я» - когда на все это наплевать. Я знаю, что мне никогда не почувствовать того, что чувствуешь ты, я знаю, что мне очень трудно передать тебе то, чем живу сейчас я. Но именно несходство, разница и вызывает острейшую симпатию. Как укол. И тогда через 10 лет ты вспомнишь – беседовал с девчонкой 20 секунд – вот такая вот девчонка. Это высший тип симпатии. Дается с трудом. Если такого укола в сердце, адреналина такого, не было, то любовь не возникает.

Кроме того, любовь возникает из желания пострадать. Из желания устроиться в жизни возникает желание образовать семью. А Энгельс еще писал, что логика любви и логика семьи – это абсолютно разные вещи. Семья – действительно ячейка государства. Любовь для государства вредна. Любовь – это грипп для государства, государство болеет любовью. И старый вопрос, можно ли вообще построить общины, где люди любят друг друга, и наплевать на государство… Любовь возникает из особого состояния психики, которая хочет сама опровергнуть себя. Она возникает из желания быть не собой. Если я люблю, я хочу быть не собой. Это бывает очень редко. Не всегда осознается. Но нет этого – ни о какой стабильной любви не может быть и речи. В общем, при соблюдении многих условий, если будут вопросы, я отвечу… а вот дальше – дальше начинается самое интересное.

И бредовый, по сути, вопрос – есть ли фазы любви. Можно сказать, я на первой фазе, на второй фазе? На высшей? Я на сходе? Можно. Пришла пора произнести святое имя Малеро, одного из исследователей. Вот разговор такой. Вот если это – уровень страдания, мне плохо, а это – время. А вот это – терпение. То есть, я могу вот такой уровень, выше – я уже схожу с ума, всё, еду. Вот первая фаза – это попытка в любви избавиться от страданий, сделать что-нибудь такое, чтобы страдать поменьше. Страдать мало кому нравится. Рабочая операция психики, души здесь, как правило, такая: фальсифицировать. Я из-за нее страдаю… господи, я думал, она красивая, а она дурочка. У нее бородавка на носу. Я не хочу, я из-за нее страдаю. Не буду. Если вышло – то с любой точки ты уходишь на ноль, и со всей любовью кончено. Настенька спросила, есть ли разница у мужчины и у женщины. Есть. У женщин это происходит в полтора раза чаще. Женщины – меньшие дурочки. Зря страдать не желают. Если достало – они сбрасывают. Мужчины более последовательны. Первая, значит, фаза – избавление.

Вторая вот фаза – это "Шанс". Вот здесь ты выходишь на предел страдания. Вот здесь вот – слезы, истерики, психушки, аборты, вот тут находится это всё. Фаза называется «Шанс». Суть твоей жизни на второй фазе – это любыми путями поиск реального или иллюзорного шанса. На первой фазе ты не будешь звонить и дышать в трубку, писать ты ему первой не будешь. Это неприлично. На второй – всё ты будешь. И звонить ты будешь, и писать ты будешь, и наплевать тебе на мораль и на то, что подружки скажут, и профессор, и Ольга Сергеевна. Я люблю – всё. Долго здесь нельзя. Если застрял, то погиб. Любовь слишком близко к сумасшествию. Вот отличие мужчины и женщины по второму, что вот сюда чаще заходят мужчины. Женщины стремятся уйти, как-то проскочить. То есть, у них настрой чаще такой: нельзя ли любить как-нибудь комфортно? Чтобы все нормально было, без ужасов без этих? Если вышло сфальсифицировать – опять - я разлюбила… по статистике, примерно 80% тех, кто начал любить, на первых двух фазах бросают. Я думала, будет вот так, а тут и страдаешь, и аппетит пропал, и он какой-то странный… Я не буду.

Но у тех, кто прошел дальше, а для этого должно быть лошадиное здоровье, наступает третья фаза. Ну, про третью и четвертую я рассказывать не буду, это редкий случай.

А в общем, по философии, по сути, принципиальная разница между мужчиной и женщиной… разница между вами и нами – одна хромосома, и в общем, мы люди. И петь песни о том, что, вот, все мужчины сволочи, есть общая логика разума. И есть логика любящего разума. Мы просто слишком сильно заняты собой, чтобы еще и исследовать то, что с тобой происходит, когда любишь. Я сказал, Настя, и облегчил свою душу.

– Расскажите про третью и четвертую… интересно…

– Что касается третьей фазы… Это уже редкость. Сюда доходят люди, ну, процентов 8-10. Здесь один из десяти. Эта фаза называется «Ангел-хранитель». Уровень страдания здесь более или менее стабилизируется ниже. То есть, терпеть это можно. Долго. По-моему, у Мопассана есть рассказ, где описывается вот эта третья фаза. Суть третьей фазы – забота о том, кого любишь. Ты уже понял, что твои идеалы начала любви, как здорово всё будет, уже не сбудутся. Уже не сбудутся, но и разлюбить ты тоже не можешь, не можешь быть как все. Вот тогда ты перестаешь… это странные люди, которые… ну, ходят на работу… это люди, поезд у которых в науке, в искусстве, там, в семейной жизни – ушел. И жизнь посвящена заботе и фантазиям о том, кого любишь. Вот у Мопассана у этого девочка возраста Настеньки полюбила мужчину постарше, откровенную сволочь, который пользовался ей всю жизнь, забирал у нее все деньги, она плела и плела кресла, ей платили деньги, она отдавала ему. На третьей фазе ты можешь радоваться тому, что у любимой тобой женщины здоровые дети от другого мужчины, здесь ослабевает ревность. Примерно чувствуете третью фазу? Третья фаза – редкая и странная.

А с четвертой фазой совсем странно. Неизвестно, куда вести график. Это единицы доходят до этого. Это люди, которые через свою любовь определяют какой-то принцип нравственности. Вот мне всегда нравилось здесь говорить одну вещь, что в книжке у Катаева, который писал: я, наверное, единственный человек, который знал всех великих поэтов начала 20 века, Есенина, Маяковского, Багрицкого, я всех знал… Когда я слышу, что Маяковский – певец пролетариата, Есенин – певец деревни, я смеюсь. Все эти люди прошли через любовь, через несчастную любовь. Маяковский – через Лилю Брик. Есенин - через Айседору. Суть четвертой фазы – это какой-то странный перенос своей любви с одного человека на многих. Я люблю женщин ее типа. И по отношению к ним уже не делаю зла. А чем мощнее человек, вот по темпераменту, по психической силе, тем на больший круг лиц это переносится. И Маяковский – на пролетариат, и Есенин – на крестьян, и Христос – на всех. То есть, вот этот путь – это горнило обретения опоры, нравственности. Но это единицы. Один из тысячи. Это надо иметь упертость на любви. Все время двигаться по ее логике и смотреть, что будет.

- в этой схеме возможна взаимность?

– Слащавой модели «они упали в объятия друг другу, и бешено любят, и умерли в один день» не бывает. Любовь всегда основана на асимметрии. Всегда, даже если у обоих симпатия, у кого-то эта симпатия больше. Поскольку довольно часто … люди не очень часто умные… довольно часто люди пробуют любить, интеллекта особого не имея… Тогда на любовь наслаивается борьба за власть. Ты меня любишь – я над тобой поиздеваюсь. Ты позволяешь. И пошло-поехало. Любовь растворяется как сахар в чае. Любовь – редкий гость. Этот мир основан на нелюбви. На частной собственности. На постоянной войне за власть мужчины и женщины. Мы создали такой стереотип общения друг с другом, когда мы позволяем друг другу быть, но это на одной стороне весов, а на другой стороне весов – отсутствие любви. Если люди любят, это писал еще Маркс, смысла в государственности никакого. Любовь – это антитеза. По крайней мере, если ты дошел до четвертой фазы.

– Что же, получается, что любовь вообще разрушающая сила? Люди стремятся любить, стремятся как к чему-то хорошему, а это оказывается чем-то плохим… То есть, вместо любви созидающей, получается нечто разрушающее.

– Да. Она разрушает то, что ее породило. Любовь рождает симпатия, желание устроиться. Но если она возникла, то она абсолютно враждебна тому, что ее породило. Любовь…. Вот меня позабавила одна вещь. Разум – это то, что у нас находится вот тут вот, в темени. Все высказывания – «я люблю», «я понимаю», «я мыслю», «я решаю дифференциальное уравнение» - все это лишь часть мозга. Любовь есть высшее проявление разума, а разум – это то, чего на свете, кроме нас, нету. Ничего похожего на людей в мире нет. Любовь – это абсолютная непохожесть человека. Поэтому, когда говорят, я страдаю от любви и пойду обниматься с березками и восплыву к мировому разуму… знаете, как экстрасенсы говорят… Объединиться с природой бессмысленно. Ты несешь в себе при любви то, чего больше нигде нет. Стул не любит. Кошки не любят. Можем любить только мы. Больше никто. Да и то – один из десятков. Без любви спокойно можно прожить. Чем больше ты любишь, тем меньше у тебя будет успеха в жизни. Хочешь стать профессором – люби как можно меньше.

«Я тебя люблю» с акцентом на «я»… я хочу рассказать тебе, как я из-за тебя страдаю… я хочу описать, как тебе будет здорово со мной, просто не понимаешь… Одна из заморочек влюбленности состоит в том, что она просто не понимает, как ей здорово со мной будет. Надо рассказать. А то она тупая очень. Вот когда «я» стоит на первом месте – начинается разруха.

– А можно вообще не иметь ни первой, ни второй, ни третьей, а тут же четвертую?

– Так щелк – и стал мудрым и нравственным из-за любви? Ну, я думаю, нет. В этом мире даром ничего не дается. Другое дело, вы понимаете, что вот эта вот штука… я не знаю, тут я уже ухожу, наверное, в сторону от разговора… это уже не про весну и темперамент.

Не единственный путь к нравственности – через любовь. Может быть хорошим человеком тот, кто никогда не любил? Шанс есть? Есть. Не только через любовь. Вот, например, в православии, в христианстве есть другая схема, где понятие любви мужчины и женщины заменяется любовью к абсолюту. Можно по этому графику описать любовь к Богу? К Родине? Суть вопроса Оли в том, можно ли обрести мудрость и нравственность, не проходя через все эти ужасы.

– А любовь к артисту?

– Вот представьте, сейчас жуткие вещи творятся. Девочки, кончающие самоубийством из-за любви к Ди Каприо. Смешного тут мало. Это совершенно особая вещь. Вот есть такой эффект странный. Это основано на том, что вот этот комплекс человека за пределами установки… у человека есть ниша такая… он одинок, чувствует, что его не понимают, или ему кажется. У него есть череда событий, где он обламывается. Вот тогда возникает ниша, где человек, не желая понимать и размышлять, замыкает всё на базовый образ. Гештальт, так называемый. Есть люди, которые всю жизнь с ума сходят по своим идеалам. Это однопорядковые вещи. У человека замкнулось это на некоторый идеал. Он с ним живет, он участвует в его психопланировании… Замыкается ли это на Ди Каприо или Джексоне, это вопрос вкуса. Но совершенно бессмысленна фраза, что эти девочки – фанатички. Дело именно в том, что они компенсируют свою ущербность, неумение, а часто нежелание приспосабливаться к этому миру. Полюбить они не смогли, но и остаться без любви они не хотят. Это недоласканные дети. Это люди, у которых желание любить натолкнулось на ощущение того, что у меня как у всех не выйдет.

– А может это быть у абсолютно нормальных людей, если абсолютно нормальный круг общения…

– То есть, может ли возникать психическая зацикленность, если у тебя все нормально? И он тебя любит, и подружка есть, и в школе у тебя все нормально… Ну, Настенька, с гораздо меньшей вероятностью. С гораздо меньшей. Как правило, большинство типов, о которых мы беседовали, стоики, сенситивы – это особые типы людей, вот больные в этом смысле типы – они зависят от … аутизма, попросту говоря, от недоласканности… ты знаешь, что мама тебя не любит – ты знаешь это. Вот если любит …. – вероятность меньше. Но шансы есть? Да. Это связано с тем, что ничего сложнее, чем наш мозг, нет, у нашего мозга своя логика, он может вроде бы в совершенно благополучных условиях выдавать такие выверты… Мне известны случаи, когда …так называемые архетипы… он никогда не учил… бывают мучащие воспоминания, вытесненные, так называемые… У каждого из нас есть постыдные воспоминания – когда ты ошибся, когда ты пришел в гости и пукнул, и ты не хочешь об этом думать, понимаете? Вроде ничего особенного не произошло, но вспоминать – не дай Бог. Стыдно. Далеко не все стыдятся… Есть настолько бесстыжие люди… Вот это сращивается в комок, а потом пошла какая-то ассоциация… Скажем, у тебя была ассоциация на постыдное воспоминание, на красный цвет, и ты идешь по лесу и видишь вдалеке горит костер – и вдруг поехало… Трясучка пошла.. вроде ничего не произошло. Это значит, пошла ассоциация вот на этот комплекс постыдных воспоминаний. Это бывает нечасто, но бывает. То есть, говорить о том, что если у тебя все нормально, ты застрахован от тревоги, от страданий… - нет, не застрахован. Вероятность просто меньше. Кроме того, если говорить о том, что я думаю, мы с этого начинали: большой вопрос, Настя, а надо ли стремиться к любви? С одной стороны, и следует, видимо, быть уродцем таким, ты решительно отличаешься от всех, но с другой стороны, и быть похожим на… тоже … должна быть культура страдания, мазохизм – такой, который делает из тебя творческого человека. Не пострадаешь – не напишешь.

– Можно ли человека как-то переубедить в том, чтобы он не хотел, в общем, любить другого человека?

– Вот Катя полюбила, а я считаю, что она любит недостойного мальчика, и можно ли мне ее отговорить от любви? Побеседовали, по рюмке тяпнули, говорим, да ладно, шут с ним… Как сказать, вот это, на мой взгляд, зависит от фазы. На первой фазе – можно. А на второй…у человека болит настолько, понимаете, что снять это все… ооо, это надо так работать… То есть, если вмешиваетесь в дело любви, а, возможно, так и надо, что подружка близкая… это надо бросить всё, и шаг за шагом, осторожно, и знать, что здесь ты идешь по грани добра и зла. Это очень рискованно. Просто так поговорить – да брось ты, Настя, любить, другого найдем, честного – нет.

– У меня есть вопрос, я не знаю, как сформулировать… что бывают люди, они получают удовольствие… и потребность испытывают в том, чтобы их все любили. Человек реально получает удовольствие от того, что его любят, его не волнует, что вот страдает и мучается, но вот ему это нравится. Другой человек, например, в той же ситуации как раз будет страдать, а ему хорошо…

– Понял вопрос. Это отличный вопрос. Уже идет речь о социопсиходиагностиках. Мы начали с того, что вроде бы отвергли классификацию сангвиники, меланхолики… то, что вы спросили, это тип вампа. Если хотите, я опишу параметры. Это чаще женский тип. Хотя и мужчины есть. У них есть специфические внешние признаки. Из чего берется тип? Он берется из того, что в детстве, как правило, вамп – это девочка, которую не любили. Но она сделала, подрастая, для себя странный вывод – если меня не любили, то, наверное, что-то не так, а чтобы не чувствовать этого «не так», следовательно, надо чтобы меня любили как можно больше. Если меня любят Коля, Миша и Гриша, то как же я могу быть плохой? Отсюда комплексы такого типа людей – в личной жизни, они постоянно находятся в череде увлечений, романтики, излюбленные темы – они очень боятся болезней, старости, у них все держится на привлекательности. Поэтому разговоры о косметике, о продлении молодости. Это женщины, у которых руки по локоть в мужской крови. Они отлично знают мужскую психологию. У них есть специфические и легко обнаруживаемые исследователем со стороны манеры кривляния, они знают, чего нравится, чего нет, они быстро нарабатывают этот навык. Рекомендации по отношению к вампу в управленческой психологии известны. Из них выходят неплохие руководители. Необходимо в коллективе иметь хотя бы одного вампа, он не даст скучать мужчинам. С вампом не проходит попытка… разрыдаться, как я тебя так люблю… - она видела столько мужских слез, что удивить ее, в общем, трудно. У нее особое отношение к детям. Как правило, они несчастны в личной жизни. Часто по женским делам трудности. Поэтому отношение к детям особое. Из вампов выходят хорошие воспитатели в детском саду.

Из того же комплекса, скажем, вот из недоласканности детской, возникает другой тип, тоже чаще женский. Некрофилы. Они делают не такой вывод, как вамп, что необходимо замыкать любовь на себя. Они делают вывод такой: раз меня не любили, значит, я действительно плохой, значит, надо отойти от людей вообще. Некрофилы уходят в программисты, архивные работники… им надо отойти от людей, омертвить живое вокруг себя. Там есть десятки признаков. Вот, скажем, анализ сновидений некрофила показывает странные вещи. Только для некрофилов и только для них исключительно аномально высока доля нечистот в сновидении. У них или болезненная чистоплотность, или такая характерная гримаса … разлагающиеся запахи, запах гниющего картофеля, мусора, им это нравится, они ассоциируют это с собой. Раз я дрянь, я отойду. Совсем другой тип, и другие рекомендации. Я сразу хочу сказать: нет хороших типов и нет плохих. Бывают очень несчастные и талантливые люди некрофилы, бывают блестящие вампы. Вот Клеопатра, скажем, вамп. Означает ли это, что она очень плохая женщина?

… Что делать с тем, кто тебя любит? Сам разум отталкивает человека, который тебе не нужен… Вот есть некоторая заповедь для человека, который хочет быть культурным в этой ситуации. Человек не виноват, что тебя любит. И ты не виновата, что ты не любишь. Принципы какие? Первое. Не сопротивляйся. И при этом никогда не ври. Каждый раз, когда доходит, человек спрашивает: «Ты меня любишь?» «Нет». «Я могу тебя увидеть?» «Да». Но я не люблю, никаких надежд. Ни в коем случае не говори, что любишь, если не любишь. Не мешай ему проникать в себя. Он начинает спрашивать, а почему, а как, а отчего. Рассказывать. Чрезвычайно важно постоянно … один из спорных вопросов… акцентировать для него свои недостатки. «Ты такая жестокая»… Я не только жестокая, я вообще дрянь. Вяло способствовать тому, чтобы он разлюбил. Но ни в коем случае не педалировать, не стимулировать. Любви на этом свете так мало, что пусть будет. Хоть бы и такая – пусть будет. Уничтожать – нельзя. Решать, что будет – не тебе, а тому, кто любит. Очень часто мы набираемся греха, нарушая это. Или кривляться: он меня любит, а я еще больше заведу, пусть еще больше любит. Не надо.

– … влюбленность, в принципе, возникает, когда по внешним признакам и более-менее заметным качествам характера ты вроде прикидываешь, что… симпатия на чем-то основана. И с другой стороны, когда возникает чувство страсти, любви, не основанной ни на чем, когда ты понимаешь, что человек реально ужасный.

– Даже если ты любишь какого-то оторвягу, бомжа, который постоянно ругается матом, все равно будет чувство, что он лучше всех. Непременно идет романтизация. И абсолютно объективно любить нельзя. Что же касается того, что влюбленность и любовь на чем-то основаны – и это спорно. Влюбленность, бесспорно, выражает логику твоей обыденной жизни. Иногда это выражается как «пора пришла – она влюбилась». Любовь в этом смысле на обычной жизни не основана, она основана на отрицании. Достоевский об этом писал очень много. Я тебя так люблю, что убить хочется, ненавижу. Это высшие функции человека, они, как правило, парадоксальны. Парадоксов в существовании любви очень много. Поэтому если тебя человек любит, и ты видишь, что он любит, и при этом выкидывает какие-то дикие вещи… дикие. Делает тебе гадости или схватил за руку больно, и синяки – терпи. Он не вполне владеет собой. По отношению к любящим тебя нужно быть абсолютно терпимым.

- А возможна любовь после брака по расчету?

Любовь возможна всегда – в молодости, в старости, до брака по расчету, после. Другое дело, Настенька, что если человек много предавал, а брак по расчету, как правило, связан с предательством всегда, возникает особое чувство. Возникает уже некоторый настрой после брака по расчету, когда любовь может стать менее вероятной. Менее вероятна любовь у человека усталого, который уже отлюбил, и не вышло. Второй раз он бережется. Второй раз я не стану. Я лучше пойду воевать в Чечню или съем крокодила. Второй раз я не пойду, у меня сил не хватит. У умру прям сходу. Но в среднем шанс для любви есть всегда. Пока человек жив, он сохраняет шанс на любовь. Другое дело, что это почти никому не нужно. Никаких стимулов… Вот, у человека, допустим, есть азарт. Человек агрессивен. Он выжил благодаря тому, что убивал. Наше общество приспособилось к этому. У тебя агрессивность? Пожалуйста, болей за «Спартак». У тебя агрессивность? Иди повоюй в Чечню. К любви общество не приспособилось. Нет аппарата, у тебя желание любить, вот ты немножко полюби, и дальше иди, голосуй за Путина. Приспособиться к любви государство не смогло, это враги. Это враги уже в том смысле, что вот если человек любит тебя, Наташа, то мне, агитатору, рассказать, почему надо голосовать за Путина, а не за Явлинского… - ему все равно. А это плохо для меня.

– Манипулировать сложно.

– А разделение влюбленности и любви?

– Влюбленность – трава жизни. Это такое же отношение, как простых эмоций и сложных. Есть, скажем, простые эмоции. Удовольствие – неудовольствие. Раздражение – не раздражение. Вот ты пораздражалась – и прошло. А сильные эмоции … уже назад на ту же точку не выйдешь. Из влюбленности – влюбленность прошла – осталось легкое облачко, ну и прошла. С любовью никогда не бывает так. Любовь человека переделывает. Вот некоторые думают, что сама личность (то, чем я отличаюсь от Вадика, от тебя) – она и есть опыт любви. Человек таков, каков его опыт сильных страстей. Именно этим люди отличаются друг от друга. Из любви на точку «ноль», назад – уже не выйдешь. Любовь плодит людей обломанных. Любовь плодит стоиков. Правда, я боюсь, что в результате беседы вы слишком долго будете думать, любить или не любить.

Любовь – это вопрос о том, хочешь ли ты дойти до своего предела, до самоотрицания, или не хочешь. Как правило – не хочешь.

индульгенции

2006-06-29T05:17:46Z

23 апреля. Рассказ Игоря Федорова о технологии провоцирования себя к совершению духовных поступков.
Вот… Базовые принципы того, что прозвучит дальше.

Первое – это описание именно полуидиотской технологии, а не теории, которая каким-то краем в ней, в этой самой технологии, скрытым образом присутствует.

Во-вторых, эта технология была приспособлена именно Федоровым для самого себя и исходит, соответственно, из следующих посылов. Каких бы Федоров не придерживался высоких взглядов на мир, он, по сути, человек ленивый. Он ленивый чрезвычайно. Он склонен романтизировать приятную ломоту в боку, когда лежишь, его сильно греет, когда ешь спелую черешню и смотришь «Тома и Джерри», поэтому при первой возможности он стремится туда, в сторону родной энтропии. А стремиться, по теории, надо прямо в противоположную сторону. И надо чего-то делать со всем этим, по посылам. Во-вторых, методы самонаказания для Федорова, поскольку мы себя любим, не могут быть особенно жесткими, иначе он быстро найдет в этой технологии какое-то дьяволово зерно, скажет, что неверно, и всё.

Методами наказания, еще раз подчеркну, по технологии является совершение субъективно наиболее неприятных житейских дел, как то: мытье окон, вымывание полов, отодвигание дивана и вымывание из-под него, встречи с заведомо неприятными людьми или, там, проверка чужих полуидиотских дипломов. Вот именно эти вещи, если ты не сумел подвигнуть себя на духовный подвиг, ты и должен делать.

Поощрением же в этой технологии является так называемое сжигание индульгенций. Ты можешь себе позволить. Это очень сомнительный принцип, но если ты сделал на рубль для себя добрых дел и подсчитал по технологии, что их где-то около рубля, то копеек двадцать, по максимуму, ты можешь истратить, совершая дела не духовные и не нравственные, а те, которые хочется. Конечно, эта технология беспомощна, если тебе захочется поедать младенцев. Но ты субъективно будешь знать, что это гораздо более рубля и зарабатывать надо по новому.

Поэтому двадцать копеек желательно тратить на что? Вот как раз лечь на бок. Как раз лечь на бок. Встретиться с женщиной, как-то невербально предупредив, что ты встречаешься с легкомысленными намерениями. А она тебе говорит: ой как я хочу духовности. Ты говоришь: извини, я тут просто по поводу двадцати копеек, у меня ничего другого нету.

Ну, еще одно. Федоров – человек русский, следовательно, разъебай, и никогда не вредно пытаться, хотя особых успехов-то и нету… как просто приучить себя к какой-то кропотливой такой работе по самооценке, по продвижению… это вообще мне не свойственно. А эта технология заставляет меня это делать.

Кроме того, эта технология позволяет обойти чрезвычайно, по крайней мере, для Федорова, актуальную проблему благодарности за какие-то дела, которые ты кому-то сделал. Довольно часто бывает: ой, как я благодарен, ой, да я все для вас сделаю. Эта технология позволяет мысленно, по крайней мере, отвечать: да не надо мне ничего делать, я искренне этого не хочу, я на тебе 75 очков заработал, чего больше-то, собственно? То есть, она исходит, эта технология, из реального представления о человеке как об эгоисте, который не хочет это признавать.

Сделав такое вступление, начнем описывать собственно технологические правила, как заставлять себя делать долг. Который не хочется делать. Но который, если ты не сделаешь, – тоже противно. Технология эта исходит из следующего.

Намечаются циклы. Один из них, как на работе, может быть отпуском – то есть, там ты ничего не делаешь – июль, допустим, ты себе отчеркиваешь. Я август всегда себе отчеркиваю. В это время я – равнодушная скотина.

А остальные одиннадцать месяцев, значит, вот, действует это стихийное планирование. Как это происходит? Естественно, никому не показывая, делается такая тетрадка. Тетрадка должна быть в твердом переплете, и она должна храниться на видном месте все время, это очень важно. Лучше – если яркого цвета, чтобы это было укором совести. Ты ходишь, на нее посмотрел – сплюнул – опять я не выполнил…

В тетрадке делается табличка. Лучше на компьютере, а можно и от руки, какая особо разница… в этой табличке выделяются… ну, можно просто рисовать, а можно, вот если словами описывать, в табличку входит…

Во-первых, она делится по вертикали на два столбца, на левом – то, что намечено, на правом – сколько заработал. Все по бухгалтерии. В левой стороне – это самое важное при планировании – выделяется пять или шесть, значит, граф, строк. Делается это для того, чтобы не было искушения заработать много очков на чем-нибудь одном. Ну, допустим, ты пишешь книжку, и у тебя получается, и ты ставишь за 20 страниц 200 очков. А написал 100, и ты заработал свою тысячу на одном. Так у тебя не получится. Это надо исключать сразу. Нельзя развиваться односторонне.

Что это за пять граф? Первая графа – это люди. В каждом месяце выделяются какие-то фокусные люди. Как это выделяется, чуть позже, пока общее описание. И, соответственно, что, по твоим представлениям, надо для них сделать, чтобы это было добром и исходило из признаков теории, то есть, это добро, которое ведет к духовному развитию этой личности, по крайней мере, стимулирует, по твоим представлениям. То есть, сколько очков за это. Вот пять человек, значит. В среднем на каждый месяц располагается по важности, то есть, какой фокус первый идет.

Второе – наука. То есть, какие научные книжки и сколько ты должен прочитать, сколько должен сделать конспектов, кто на этот месяц в фокусе из дипломников, аспирантов или докторантов, сколько по книжке ты должен сделать и так далее.

Третье. Третий вариант. Это работа. На работе ставятся цели. Во-первых, кого-то понять, допустим, у тебя сложный человек. Или встретиться с начальством и понять, чего они хотят. Надо подготовиться к пилотажной встрече, идти вооруженным человеком, у тебя будет план, имидж, оружие, а для него встреча неожиданная – скорее всего, ты выиграешь эту встречу.

Четвертая графа – это быт. То есть, чего за этот месяц ты должен… купить какие-то вещички, отмыть плиту, допустим или еще что-то. И пятое – физическое развитие. Самая херовая графа…

Иногда выделяется просто общее развитие, то есть, что ты должен сделать, узнать в несвойственных и малознакомых для тебя областях. Скажем, в физике, или в искусстве архитектуры, или еще в чем-то.

– А творчество?

– Для меня это наука, оно там идет всё. И люди. В свое время была графа «Алёна». Теперь нету.

Теперь о том, как именно выделяются эти графы. Примерный расклад идет: первые две строки – на них уходит очков 500. На остальные 3-4 – тоже очков 500, то есть, чтобы это был стимул, очки. Если ты выполнил больше, но все равно – выше, чем 120% нормы нету. Вот у тебя 100 очков за это, а ты сделал в 20 раз больше – получишь 120.

– А как это в реальности – сколько мне нужно сделать, чтобы, допустим, было 300?

– Ну вот, допустим, у тебя первая графа – 300. Там входит, у меня, например, сейчас – 40 страниц книжки.

– А предел какой?

В сумме ты можешь набрать – в идеале – тыщу. Если ты набираешь выше 700 хоть на один балл – значит, это у тебя индульгированный месяц. Да, это забавно, я понимаю, но я живу так и уже давно.

– Работает?

Ну, раз я это делаю, значит, работает. Вот. Из этой тыщи можно очков 50 оставлять резерва. Это если ты сделал нечто не попадающее в план и хорошее, тогда ты интуитивно эти 50 очков добавляешь либо не добавляешь. Тут уж риск – 50 очков у тебя могут просто пропасть.

Если по какому-либо параметру ты набрал ноль, то это система штрафов.

Хотя бы десять очков, но в чем-то ты должен сделать. Ну, скажем, один раз в месяц ты сделал физзарядку. Толку от этого никакого, но 50 очков взял – завала нету. Поэтому чаще всего в конце месяца начинается такая дребедень.

Вот… это позволяет, как бы это сказать… в некоторых спорных случаях, когда у тебя тоска или отчаяние, или болезнь, или еще что-то… стимул совершенно конкретный, когда ты матерясь встаешь с постели и идешь чего-то делать, поскольку уже 28-е, а у тебя 300 очков.

…

…ты вообще, ты можешь ходить по улицам, спокойно пить водку, не раскаиваясь, не думать ни о каких очках, ты молодец! И опять же, если два месяца ты 300 очках пляшешь, на третий месяц ты суров, собран и работящ, потому что отступать уже некуда – ты останешься без отпуска…

Знаешь, как противно мыть полы, зная, что ты 300 очков набрал – и вот вперед. Субъективно неприятные вещи делаешь… вот у меня частый очень пункт – перегладить костюмы. Терпеть не могу. Если б так (у меня, там, восемь, что ли, костюмов) – я бы и в хрен не дул…

– Восемь костюмов? Федоров, зачем тебе восемь костюмов?

– Накопились. То там купишь спьяну, то тут – чего за жизнь-то, Оль? И гладить их просто так – такая тоска. А так – все-таки десяток очков, понимаешь, у тебя в копилку. Я понимаю – со стороны это выглядит как полный идиотизм.

Аксиальная некрофилия. часть3

2006-06-02T05:45:05Z

Будем понимать аутизм как относительно длительное и более вероятное в детстве состояние генерирования и воспроизводства "Я-системы" человека при возникшей из ранних детских комплексов попытки осознать неизбежность и желательность своих коммуникаций с миром.

При некрофилии происходит плавная трансформация аутизма. "Аутист" поставлен в сложные условия: с одной стороны, он боится и имеет негативный опыт вхождения в социальный мир, воспринимаемый как агрессивное "не-Я"; с другой же стороны - боится и анализировать свои бессознательные влечения, поскольку тонкий и сложный аппарат такого анализа немыслим без понимания того, что К.Юнг называл "коллективным бессознательным". Наиболее логичные решения для "аутиста" - копирование либо "книжных образцов поведения", либо поведения реальных лидеров. И в том, и в другом случае наиболее вероятный результат - мещанская ориентация личности.

Некрофил же не удовлетворяется простейшими рецептами "аутиста". Постоянно испытывая чувства тревоги и одиночества и при рефлексии, и при выполнении социальных ролей, он испытывает обиду и дефицит "строительного материала" собственной личности. Выводы его необычны: необходимо ограничить мир, обеднить его, создать череду повторяющихся сценариев своей жизни, причем так, чтобы они "позволяли", провоцировали ощущение своей правоты, богатства жизненных проявлений; чтобы смертью, "омертвлением" выглядело все, что не является мною, и если такое "не-Я" мощно и явно вторгается в мой внутренний мир, надо сделать так, чтобы оно потеряло отличную от меня жизнь, "убить".

В таком смысле, некрофилы постоянно ходят по кругу одних и тех же сценариев и однотипного, субъективно признанного неопасным общения, как ослепленная шахтерская лошадка, совершенно не догадывающаяся о своей полезности для развития капитализма в России.

Такая метафора не случайна и восходит к блестящему по интеллектуальной отточенности замечанию Э.Фромма: "Для Маркса труд и капитал не были просто экономическими категориями. Капитал был для него символом прошлого, овеществленного и накопленного труда, а труд был проявлением жизни, человеческой энергии, направленной на процесс изменения природы. Выбор между капитализмом и социализмом (как он его понимал) зависел от того, кто (что) победит - мертвое или живое." - там же, с. 291.

Еще раз подчеркнем, что такое положение вещей не фатально, некрофилия, видимо, преодолима, но она подразумевает для этого огромный объем интеллектуальной и нравственной работы при стимулирующих социально-политических условиях. Последнее сейчас плохо представимо, поскольку, как ни парадоксально, некрофил выгоден государственности, поскольку не способен к активному сопротивлению политическому манипулированию массами и плохо поддается призывам к профсоюзному объединению в оппозиции. Кроме того, он, как правило, отлично обслуживает машины и выполняет машинообразные роли в микрогруппах и субкультурах.

Такие роли, если они провоцируются образом своей жизни, оформляют ориентации некрофила, закрепляют некрофилию как способ социализации, способ сохранения своей суверенности в агрессивно омассовленном мире с неясными, но агрессивными по отношению к такой суверенности символами воспроизводства своей слишком однозначно "технологично-мертвенной" для некрофила сути.

Зависимость "аутизм - реализация предрасположенностей при провоцирующих социально-политических условиях - первый акты некрофилии" оформляется, судя по рассказам респондентов в нестандартизированном интервью, достаточно быстро, поскольку важную сторону такой зависимости отражает простейшее определение некрофила как "аутиста", ощущающего мощное давление своих способностей при оформленном недоверии к социуму.

Следующая же фаза движения некрофилии - формирование устойчивых предрасположенностей и убеждений. Описание их достаточно громоздко; отметим лишь наиболее яркие их характеристики, выявленные в упоминавшихся исследованиях:

- большинство респондентов резко отрицательно относятся к рациональной науке, в духе известной статьи В.Н. Тростникова;

Тростников В.Н. Научна ли "научная" картина мира? - Новый мир, 1989 № 12 - с. 257-263

- у большинства респондентов проявляется яркая склонность к мистическим объяснениям мира и себя, при скрытом, но мощном отрицании идей раннехристианской нравственности;

- такое большинство склонно к странной интеллектуальной позиции "непотопляемого авианосца": при отсутствии аргументов в пользу своей предрасположенности он может соглашаться, или молчать, или даже делать компромиссные высказывания, - но поступать такие люди будут только по-прежнему. Некрофилы очень непластичны интеллектуально, хотя им нельзя отказать в искренности деклараций по поводу желания понять другого;

- любая интеллектуальная позиция некрофила не мешает ему принимать поведенческие решения, дискредитирующие и "дрессирующие" биофила, причем он чаще всего умеет не размышлять по такому поводу, хотя часто особенной скромностью по поводу своих способностей к рефлексии некрофилы не отличаются;

- зависимости, отмеченные Э.Фроммом относительно политических взглядов некрофилов, не подтверждаются авторскими наблюдениями, хотя, разумеется, такие наблюдения не могут быть достаточным основанием для фундаментальных выводов. Напомним, что Э.Фромм считал типичными симпатии некрофилов к антикоммунистической идеологии, теориям, подразумевающим некую "сверхзадачу", т.е. навязывающих жизни свою модель, а не объясняющих жизнь "изнутри".

Э.Фромм соглашается с мнением Маккоби, который пишет: "Лица с деструктивной доминантой выступают за усиление военной мощи страны... более жесткий контроль над недовольными, строгое соблюдение законов против наркотиков, победу во Вьетнаме,... усиление полиции и борьбу с мировым коммунизмом". - Цит. По: Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. - М., 1994 - с. 293.

По результатам исследований всего 40 % лиц, отождествленных, исходя из стартовой модели, с некрофилами, открыто признали существование политических взглядов, и 18-20% категорически отвергли такое предположение. Наиболее же распространенные, в среднем, взгляды - примерно нейтрально-либеральной ориентации. Не исключено, что они есть проявление своеобразной инерции некрофилии, нежелания видеть новые тенденции социума, чтобы не тратить силы на их понимание, и т.д.

Рамки статьи не позволяют автору продолжить более детальное описание природы и фаз становления и развития некрофилии. Отметим лишь некоторые сценарии развертывания качества некрофилии в зрелом возрасте, когда, невзирая на привычки некрофилов к блокированию информации, многие их явные отличия от других людей так или иначе осмысляются:

1. "Эволюционный сценарий". Он подразумевает простое следование логике "омертвления" вплоть до патологических его форм;

2. "Инволюционно-садистский сценарий". Суть такого сценария можно описать постоянными и неудачными попытками некрофила нарушить первый сценарий. Вероятные неудачи формируют упоминавшуюся ассоциативную связь просьбы о помощи в борьбе с некрофилией - с предательством; свидетели таких поступков чаще всего оценивают их как бессмысленный садизм. В финале такого сценария наиболее вероятно разрушение личности, ее стремление к омертвлению не только мира, но и самой себя (феномен "самозамещения");

3. "Революционный сценарий", когда некрофил - как правило, использующий помощь извне - провоцирует развитие в себе альтернативных некрофилии комплексов. Собственно точка перелома, период своеобразного фазового перехода, характеризуется рядом особых парадоксов "двойной мотивации", требующей от субъекта высокой психической выносливости, и т.д.

Подведем некоторые итоги. Представляется очевидным древность феномена некрофилии, хотя автор и не считает себя особенно компетентным в вопросах антропогенеза и истории цивилизации; тесная связь некрофилии с отчуждением труда представляется доказанной со времен "Экономическо-философских рукописей 1844 г." К. Маркса.

Исходя из перечня приводимых выше факторов, детерминирующих и провоцирующих возникновение некрофилии, можно просто логическим путем определить древность многих из них - скажем, желания разрушения объекта ради осознания себя в актах производства, специализации труда, выгодности отчуждения и деструктивной агрессивности в истории первобытных общин, становлении именно моногамной семьи и др. - см:

Выготский Л.С., Лурия А.Р. Обезьяна. Примитив. Ребенок - М., 1993; Кнышенко Ю.В. История первобытного общества - Ростов-на-Дону, 1976; Системогенез и проблемы генетики мозга (под ред. Н.П. Дубинина - М., 1983; Саган К. Драконы Эдема - М., 1986 и др.

Все формы отчуждения, и уж тем более отчуждения труда как атрибутивного свойства разума с высокой вероятностью находят себе носителей, они "имеют склонность" к опредмечиванию на людях, подготовленных к искреннему и бездеятельностному приятию отчуждения равнодушием близких, опытом первых социальных неудач и разочарований, неумением желать самореализации и действовать в таком направлении решительно и последовательно.

Вряд ли верно встречающееся иногда брезгливое отношение к некрофилам и проблемам изучения некрофилии в целом; комплексы некрофила нисколько не хуже комплексов пассионарности политиков или шизоидных комплексов художников. Некрофилыв просто не смогли выработать в себе яростный и последовательный протест против отчуждения; они использовалиего для строительства себя; такой материал строительства души ненадужун лишь с точки зрения Нагорной проповеди; с точки же зрения теперешнего общественного сознания - вяло осуждаем, но допустим.

Разумеется, речь идет лишь о допатологических стадиях некрофилии. Тонатос, темное, субстанциональное начало психики, проявляющееся в тяге к разрушению живого ради абсолютного, метафизического равенства мертвых душою людей, уничтожает альтернативное начало, эрос, лишь тогда, когда человек субъективно хочет этого, что совершенно ненормально. Для обозначения таких стадий с описанными выше характеристиками автор и предлагает название аксиальной (аксиологической) некрофилии, поскольку такие стадии и выражают ценностную фальсификацию, "оборону" естественного стремления человека быть собой, а не проекцией отчужденного мира.

По представлениям автора, человек и общество не являются парными понятиями, поскольку второе, в конечном счете, сводимо к мотивации, процессам, структуре и результатам отчужденной деятельности человека. Уже потому некрофилия есть, видимо, временная, болезненная, основанная на его боязни быть собой форма жизнелюбия, поскольку "корни жизнелюбия очень глубоки и могут прорастать, а прорастает только то, что не умерло".

Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности - М., 1994. - с. 308

Другое дело, что некрофилия показывает социальные и психические цены такого жизнелюбия, твердо зная, что окружающие последят за отсутствием дешевизны.

Аксиальная некрофилия. часть2

2006-06-02T05:44:14Z

2. Феномен "омертвления" означает специфическое регулирование восприятия. Принимая в качестве рабочего определения понимание восприятия как процессов согласования личностного опыта с системой ощущений и перцептивной памятью отметим, что гипотетический статус установки подразумевает роль "омертвления" как своеобразного фильтра ощущений по двоичному коду "надо осмысливать - не надо осмысливать". Подробнее общий механизм неизбежной фильтрации информации в восприятии описан в ряде специальных работ.

См.: Надирашвили Ш.А. Установка и деятельность - Тбилиси, 1987;

На м Д. Психология и психиатрия в США - М., Прогресс, 1984;

Пиаже Ж. Избранные психологические труды - М., 1967;

Василюк Ф.Е. Психология переживания - М., 1984 и др.

В данном случае отстаивается предположение о том, что "омертвление мира2 неизбежно подразумевает отбрасывание, фильтрацию или фальсификацию терпимых для других типов личности ощущений. Последние связаны, например, с чувствованием огромности мира, несводимости его к стереотипам некрофилии. Респондентка А.И., скажем, рассказывала о паническом испуге, когда, будучи одна в лесу, она попробовала представить жизнь леса "безотносительно к себе". Респондент А.К., будучи яростным сторонником мировоззрения К.Кастанеды, при тестировании показывал испуг перед необходимостью чтения книг, которые "мешают правильно думать", и т.д.

Подчеркнем, что отфильтрованные, блокированные ощущения не исчезают, они просто "уходят" с основного тракта обоснования поведенческих решений. Мир невостребованных ощущений постоянно отягощает работу воли некрофила, рождая целый ряд парадоксов, вплоть до появления двойниковых эффектов в поведении. Один из них - парадокс негации, стремления некрофила действовать словно назло своим же декларациям, что, собственно, может быть отмечено как еще одна характеристика "омертвления".

3. Дело в том, что реальные свидетельства "биофильности" мира, - скажем, случаи искренней любви, самопожертвования, жалости - не могут быть игнорированы некрофилом полностью и надолго.

Он чувствует упоминавшееся давление невостребованных ощущений, как бы "двойную" мотивацию решений, и стремится убедить себя в своей полноценности. Потому одно из качеств некрофила - стремление доказать себе свою неоднозначность, "диалектичность" своих решений, свою "биофильскую полноценность", постоянно нарушая свои же обещания, формальную логику поведенческих планов.

4. Приведенные выше черты "омертвления" мира в развитом виде формируются через тягу к предательству и садизму, на что справедливо указывал Фромм.

Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности - М., 1994, - с. 354

Предательство очевидно выгодно некрофилу, поскольку оно одновременно позволяет ему ощутить то, что ему кажется властью над ситуацией, доказательством своей мощи и правоты, точкой абсолютного выражения некрофилии, что является, видимо, и своеобразной просьбой о понимании, просьбой об избавлении от того, что его тревожит. Но для такой просьбы надо чтобы партнер, по представлениям некрофила, был бы выбит из обычной колеи и почувствовал суть комплекса некрофила, что и достигается предательством как актом демонстративного опровержения своих клятв. В этом смысле принцип "предам чтобы поняли" суть реальность некрофилии, дошедшей до уровня тяги к самоопровержению.

5. Само желание, сценарии и результаты "омертвления" шифруются некрофилами в специфических символах и ассоциациях. Для обоснования типологии таких шифров нужны, разумеется, гораздо более мощные исследования. Отметим лишь некоторые, интуитивно представляющиеся автору важными и подтверждающиеся на небольшой выборке наблюдения.

Такие символы и шифры далеко не всегда сводимы к образу "механического мира", на чем настаивала классическая концепция Э.Фромма,хотя у всех респондентов отмечались тяга и способности к чисто механической работе и работе, где общение опосредованно с чем-то "неживым", "механическим" (программирование, бухгалтерия, ремонт и др.).

при обобщении материалов тестирования, психоанализа, интервью в качестве рабочего критерия выделения тенденций была принята цифра в 60% и более совпадений. Таких случаев не так много (около 30% от всей суммы личностных дескрипторов респондентов). Отметим наиболее яркие из них:

- яркие оценочные суждения (по принятой шкале от -5 до +5 при ассоциативном допросе) по классическим тестам на скрытую психопатологию (оценки цветов, ситуаций интеллектуальной клаустрофобии в общении с "биофилами", обрисовка "точек соскальзывания" и др.). В обычном поведении такие моменты тщательно скрываются. Точки "соскальзывания" с логики здравого смысла чаще связаны с "наличием" особых мистических способностей, какого-то субстанционального начала, мешающего или блокирующего реализацию их талантов, и др.;

- скрываемая неполноценность мотивации любить. Около 10% лиц, относительно которых автор считал диагноз некрофилии установленным, открыто признавались в боязни любить. 32% отказались отвечать на соответствующие вопросы, остальные давали уклончивые, неопределенные ответы. Но практически все считали ситуации взаимной любви желаемыми. Очевидно, боязнь проявить некрофилию в любви мощнее желания любить вообще;

- общая боязнь рефлексии. Формально ее желательность декларируется. Но при первых же описаниях парадоксов их поведения некрофилы испытывают тревогу, символы которой легко обнаруживаются.

Позже данные рефлексии легко блокируются или фальсифицируются. Вместе с тем некрофилы слабо интересуются чисто социальными проблемами, - видимо, чувствуя, что их комплекс есть ответ на "мертвенность", отчужденность социального мира. Потому часты единственно возможные интеллектуальные ходы мистически-неопределенных, нарушающих известный принцип "бритвы Оккама", объяснений своего поведения и ценностей. Чаще встречались апелляции к философии К.Кастанеды, Конфуция, Будды и др. - в отличие от идейправославия с каноническими для него принципами милосердия, исихаизма, "фаворского света". Тест на оценки такого рода идей дал резко отрицательный результат (в среднем -2 по шкале), хотя при пилотажной встрече оценка православия и христианства вообще достаточно положительная, что доказывает, видимо, тезис о некрофилии как особой форме "мстящего миру" эгоизма;

- почти одинаков рейтинг телефонных разговоров и прямого общения, отрицательные оценки телефонного, опосредованного общения отсутствуют вовсе; двое некрофилов - руководителей ярко проявили склонность к "кабинетному" стилю работы; не отмечено четко выраженных сексопатологий, некоторый всплеск негатива приходится на ситуацию "чужих правил игры"; резко негативно оценивается качество обязательности (часто встречается тезис "я не отвечаю за свои обещания, они были вчера") и т.д.

Перечень такого рода дескрипторов и качеств феномена "омертвления" мира некрофилами можно, разумеется, продолжить, хотя анализ проблем первичных связей и корреляций таких данных заслуживает отдельного исследования. В данном случае он был нужен как комментарий для выдвижения гипотезы относительно природы феномена "омертвления" - гипотезы, нуждающейся в проверке и наверняка имеющей альтернативы.

Представляется достаточно корректным определить феномен "омертвления" как возможный при сочетании определенных условий, о которых речь пойдет ниже, психический механизм установки и воли в целом, который:

- блокирует или фальсифицирует информацию, ассоциативно связанную с мотивом траты сил без явной эгоистической награды или удовольствия (любовь, жалость, милосердие, высокая вера);

- шифрует такую информацию образами тревоги и опасности, стремясь интеллектуально и эмоционально дискредетировать носителей таких образов, путем прессинга не дать показать альтернативу, либо привязывая к себе, либо уничтожая ("омертвляя");

- создает предпосылки для интеллектуального оправдания такого положения вещей и др.

Подчеркнем, впрочем, что "омертвление" представляет собой систему психических операций, и в данном случае описываются лишь общие их ориентиры.

Но сводить некрофилию просто к системе операций "омертвления" было бы вряд ли верно. Ее динамика определяется множеством факторов - социальной средой, ситуацией, личностными и врожденными комплексами. Все они пересекаются в точке "старта" некрофилии, причем такое пересечение достаточно редко, поскольку Э.Фромм называет цифру в 10-15% некрофилов в сумме взрослого населения; по наблюдениям автора, она, вероятно, ниже, на уровне 3-5%, но имеет явную тенденцию к росту; такая цифра в 1990 г. Была меньше, чем в 1995 примерно в 1,5 раза. Впрочем, такие цифры, как отмечалось, весьма условны.

Согласно описываемой гипотезе, некрофилия не может предшествовать сценарию фрейдистского Эдипова комплекса, т.е. в среднем возрасту 3-5 лет, поскольку представляет собой специфический ответ психики на серию относительно самостоятельного столкновения с миром и ценностного осмысления таких столкновений. К серии таких столкновений ребенок или подросток подходит с багажом первых и практически универсальных комплексов, что не раз отмечалось в научной литературе.

См.: Тихомиров О.К. Психология мышления - м., 1984; Зейгарник В.В. Теории личности в зарубежной психологии - М., 1982; Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека - м., 1990; Наенко П.И. Психологическая напряженность - м., 1976 и др.

Это, например, комплексы оральный и анальный, фиксирующие ориентацию на себя, на собственный эгоизм при выработке первого отношения к окружающим и получения первого наслаждения, упоминавшийся Эдипов комплекс, провоцирующий и шифрующий в структуре складывающейся личности двойственность - желание сберечь силы, не понимая, но подражая образцам, одновременно разрушая их как чужие, соперничающие с интимным чувствованием себя в матери, и др.

Некрофилия, видимо, возникает лишь при одновременном и достаточно длительном воздействии ряда факторов: высоком уровне детского эгоизма ("избалованность" или, напротив, первое осмысление заброшенности), привычки к детским негациям, внешняя или сущностная суровость отношений в семье ("недоласканность"), неудачные опыты первой самореализации, причем оборванные чем-то бездушным, анонимным, самими правилами общения в микрогруппе; ранний опыт сознательного строительства имиджа ("добьюсь чего хочу притворяясь"); повторяющиеся ошибки родителей, отталкивающих, блокирующих попытки ребенка раскрыться; неудавшаяся первая симпатия к "биофилу"; осознании своих способностей, которые не востребуются формально близкими людьми и др.

Позже развитие предпосылок некрофилии оформляется в аутизм. Признаки и характеристики аутизма разрабатываются достаточно давно, с работ Л.Бендера, Малер, Каннера: большая привязанность к игрушкам, а не людям-"биофилам", так называемый протодиакризис (комплекс монакова), нежелание отделять живое от неживого, "инфантаутизм" (стремление возвращаться к одним и тем же сценариям общения) и др. Впрочем, существуют разные точки зрения на природу аутизма, в том числе и сводящие его к вялотекущей шизофрении, что справедливо критиковал Э.Фромм.

Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности - М., 1994 - с. 304

Аксиальная некрофилия. часть1

2006-06-02T05:43:11Z

АКСИАЛЬНАЯ НЕКРОФИЛИЯ: магистральный вариант

(по следам произведений Э.Фромма)

См.: Фромм Э. Душа человека. - М.: Республика, 1992; Психоанализ и этика - М.: Республика, 1993; Анатомия человеческой деструктивности - М.: Республика, 1994; Адольф Гитлер - патология некрофилии - М.: Республика, 1992 и др.

Вопрос о природе некрофилии, впервые масштабно поставленный Э. Фроммом, и его особой формы, которую автор условно назвал "аксиальной некрофилией", представляется любопытным и актуальным по целому ряду причин. Дело не только в том, что изучение некрофилии как особой формы социализации, что вполне в русле неофрейдистской традиции, всегда находилось в фокусе психологии, социологии и политологии. Такой фокус движется, выражая не только логику науки, но и коньюнктуру как в самой науке, так и ее статуса в обществе.

В последнее время специалисты часто говорят о неизбежности неожиданных, непредусмотренных аппаратом классической гуманитарной науки сторонах и свойствах жизни общества и человека в новом веке. Так или иначе, но нынешняя цивилизация имеет колоссальную инерцию воспроизводства своих технологизированных, отчужденных, агрессивных по отношению к индивидуальной психике норм, ценностей и ритуалов. Было бы наивно полагать, что такая инерция ограничивается исключительно макросоциальным уровнем.

Одно из наиболее ярких проявлений такой инерции, диктата, прессинга прошлого исторического времени над будущим - некрофилия. По представлениям автора, она имеет и чисто социальные аспекты, выражающие необходимое для цивилизации воспроизводство особых психических комплексов усечения и "омертвления" микросреды и своей символьной реальности в целом. Целый ряд социальных процессов провоцирует такие комплексы - бурный рост бюрократии с ее мертвящим духом абсурдистского функционализма, резкое омассовление сознания, замена прямого общения технизированным, углубление отчуждения самого труда как коренное противостояние человеческой сущности и существования, политическое и информационное манипулирование массами и т.д.

Указывать на мощность таких процессов как цену за бурную технологизацию разума стало в нашей научной литературе едва ли не общим местом; тем любопытнее, видимо, попытки практического описания некрофилии - прямого результата таких процессов, но результата, опосредованного ситуацией и сложными зависимостями онто- и филогенеза.

В этом смысле некрофилия представляет интерес не просто как случай патопсихологии или раздел психодиагностики и классификаций типов личностей, она все более мощно демонстрирует свой общецивилизационный статус, поскольку, как отмечал Э.Фромм, "для некрофила характерно убеждение, что насилие - это "способность превратить человека в труп" (используя терминологию Симоны Вейль), и что оно - первый и последний (т.е. единственный) путь, на котором гордиев узел проблем оказывается разрубленным, а терпеливое развязывание узлов ни к чему не приводит... Их поведение напоминает реакцию королевы из "Алисы в стране чудес", которая по любому поводу распоряжалась: "Отсечь им головы !".

Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М., 1994 - с. 290

Некрофилия показывает "футурошок" Тоффлера уже не как гипотезу, а как данность в бытии современного человека; не как выражение необходимости генерировать, обслуживать машины, даже не как превращение человека в средство размножения "машинных популяций", но как психопроекция символов, самого духа машинности на все более глубокие, интимные стороны человеческой души.

В упоминающихся работах Э.Фромма выделяется целая система признаков и атрибутов некрофилии; напомним наиболее яркие из них. Некрофилия, по мысли Э.Фромма, характеризуется как "страстное влечение ко всему мертвому, больному, гнилостному, разлагающемуся; одновременно это страстное желание превратить все живое в неживое, страсть к разрушению ради разрушения, а также исключительный механизм интереса ко всему механическому (небиологическому). Плюс к тому это страсть к насильственному разрыву естественных биологических связей".

Фромм Э. Там же, с. 285.

Он выделяет и ряд менее ярких и масштабных характеристик: интерес к сообщениям о смерти, "Безжизненность общения" (и мимики в частности), спокойное отношение к гнилостным запахам (характерная "гримаса принюхивания" при ассоциациях на такой запах), либо подчеркнутая чистоплотность, ненормальное расположение эрогенных зон (отсутствие их на груди женщин, что ослабляет инстинкт материнства), увлечение фотографией, тяга к дистантному общению и др.; в патологических случаях - любовь к трупам.

Там же, с. 280-309

Автору показался наиболее любопытным вопрос о конкретно-социологической верификации таких параметров и формулировании дополнительных или альтернативных признаков, атрибутов и характеристик некрофилии на ранних ее стадиях, где яркие, патологические свойства даны лишь латентно.

Приводимые ниже описания практики некрофилии (термин введен в обиход испанским ученым, ректором университета Саламанки Мигелем де Унамуно в 1936 г. При описании психики ген. М.Астрая) не претендуют на фундаментальность, поскольку цель статьи лишь несколько уточнить задачи социально-психологического изучения некрофилии; кроме того, автор не имел возможности проверить свои обобщения на широкой выборке. Базой для таких обобщений являются авторские исследования 1989-1995 гг. (г. Рязань), целью которых была аттестация вновь поступающих, адаптеров, руководителей и работников ряда фирм и предприятий города; параллельно накапливался банк данных по некрофилии. Общее число респондентов, прошедших необходимые процедуры ассоциативного допроса, интервью, пилотажных встреч, психоанализа и др. - около 200; некоторые аспекты проверялись при работе с фокусными группами в масштабных исследованиях по г. Рязани с простой выборкой более 1000 человек. Разумеется, для обязывающих фундаментальных выводов такой базы данных недостаточно.

Суть гипотезы, уточняющей положения Э.Фромма, излагается ниже, пока же отметим, что одним из главных признаков, показывающих качество некрофилии, был принят феномен "омертвления" мира. Последний совсем не сводится, как в описанных Э.Фроммом крайних случаях, к прямой романтизации неживого, уже потому, что в период возникновения и развития некрофилия не захватывает всю психику, она выражает лишь вероятную ее сторону, роль которой меняется постоянно.

Видимо, было бы безнадежным упрощением относить некрофилию к каким-то врожденным комплексам, хотя несомненно существуют предрасположенности к ней - темперамент, мощность Р-комплекса и др.

Разумеется, введенное Фроммом и не слишком привычное до сих пор в аппарате нашей социологии и психологии понятие "омертвления" должно быть формализовано, поскольку в столь сложном вопросе, как природа некрофилии, введение дополнительных неопределенностей грозит окончательно запутать дело, причем и в области мотивации, самого интереса к сути проблемы.

По представлениям автора, "омертвление" есть выражение специфического типа установки. Не вдаваясь в подробности ставшей классической дискуссии о природе установок вообще, отметим лишь, что феномен омертвления показывает у некрофилов развитость (во всяком случае, гораздо больше, чем у "биофилов") таких механизмов воли, которые позволяют блокировать тревожность, обедняя, омертвляя поведенческие выборы.

Традиция изучения установок восходит к работам У.Томаса (1863-1947) и Ф.Знанецкого (1882-1958). Большинство исследователей склонны отождествлять установку с ориентацией человека на конкретный тип действий, предрасположенностью к таким поступкам, которые оцениваются как притягательные и фатальные (антитюды).

В некоторых случаях между установкой и реальным выбором может быть расхождение ("парадокс Лапьера"). Основы современной теории установки разработаны Д.Узнадзе, выделявшего три аспекта бытия установки: когнитивный (осознание факта объекта), аффективный (эмоциональная оценка объекта) и поведенческий (предрасположенность к выбору поступка по отношению к объекту).

Другие исследователи (В.Н.Мясищев, А.Н.Леонтьев, В.А.Ядов и др.) отмечали личностный, но не бессознательный, характер установки, ее организацию в так называемую диспозицию (ориентацию всей личности), ценности и др.

Согласно принимаемой гипотезе, специфика феномена омертвления как характеристики бытия особых установок может быть описана следующими, как минимум, положениями:

1. Установки всегда как бы "отсекают" область наиболее вероятных, стереотипных, социальных вариантов выбора, что сберегает психические силы, как бы проецируя на психику второе начало термодинамики. Но только у некрофилов такие установки "отсекают" два типа объектов: людей, которые явным для них образом похожи на некрофилов, и тех, кто является очевидной антитезой для них.

Первые тревожат некрофила просто как конкуренты в борьбе за влияние в группе, как символы своей неоригинальности; впрочем при отсутствии альтернатив некрофилы могут образовать непрочные сообщества, где дружеские отношения могут лишь имитироваться. Отношение же ко вторым куда сложнее. Было бы явной ошибкой считать, что некрофил стремится к одиночеству или к обществу подобных себе. Ему нужно ощущение правоты, чаще дающееся в процессе "омертвления" среды. Его отношения с людьми, лишенными комплексов некрофилии, неточно следуют, по наблюдениям автора, примерно следующему сценарию: использовать любые методы, скрывая некрофилию, чтобы привязать к себе; спровоцировать, привязать к себе, причем таким образом, чтобы символы его отрицания некрофилии были восприняты некрофилом как нечто похожее на то, что он считает нормальным; продемонстрировать свою власть, запомнить и освоить ее символы; перейти к следующей кандидатуре, чтобы не рефлексировать.

Э.Фромм, отрицая фундаментальность такого чувствования, предлагая определять его через антитезу, писал: "Любить собственную плоть и кровь не бог весть какое достижение. Животное тоже любит своих детенышей и заботится о них... И только в любви к тем, кто не служит никакой цели, любовь начинает раскрываться. Не случайно главный объект в Ветхом завете - бедняк, чужестранец, вдова и сирота, - и, наконец, национальный враг - египтянин и эдомит".

Фромм Э. Душа человека - М., 1992. - с.135.

Психоворот

2006-05-31T04:52:07Z

</font></strong>

</font></strong></div>

…Как сказал Сан Саныч, духовность – это мы… хы-хыJ

Тема сегодняшней нашей беседы – гипотеза так называемого психоворота. Надо вам сказать, что психоворот – это не раздел психиатрии, психоворот не описывает так называемого общения, то есть это, Ольга Сергеевна, вторая наша тема, где еще раз мы сталкиваемся с тем, что понятие общения слишком не определено, чтобы всерьез беседовать по этому поводу.

Из чего исходит теория психоворота? Всегда надо точно стараться очертить круг явлений, который ты хочешь понять. Нельзя стараться понять всё, сразу и равномерно.

Вот долгие годы считалось очень модным, да и сейчас считается сравнительно крутым попытка объяснять людей через роли. Я – москвичка. Я – жена. Я – профессор. Я – курильщик, в конце концов. Хотя это не совсем роль.

Теория психоворота исходит из следующего. В жизни абсолютно всех людей, у кого реже, у кого чаще, но у всех достаточно редко происходят такие состояния, когда они вроде бы разговаривают на членораздельном языке с другими, и при этом им это очень нравится, и при этом возникает… какое-то совместное творчество, взаимопонимание и так далее.

Теория психоворота пробует объяснить, каким образом сами люди, социум выработал странную способность понимать друг друга, фиксировать это, скажем, в каких-то произведениях творчества, или просто в дальней памяти, и при этом сохранять роли как главное господствующее начало у колоссального большинства людей.

Иными словами, теория психоворота – это попытка создать модель высших форм духовности.

Как то – эмпатия – состояние «я» как бы «ты». Как то – любовь. Как то – двойниковые эффекты. Вот все это включается в круг явлений, которые пробует описать и каким-то образом объяснить теория психоворота.

При этом – ограничения опять же для разговора. Та же черепашка на ножках или ежик с иголочками, Ольга Сергеевна и Любовь Георгиевна…. Во-первых, без комментариев обрисовывается поле разговора.

Первое. Не все в человеке есть собственно личность. Личность имеет множество неуправляемых процессов, автомат, хочет он того или не хочет, но это все равно личность. Поэтому есть разница между понятиями «личность» и «я-система».

Процессы личности – они всегда структурированы, то есть, есть как у организма – некий позвоночник, центр притяжения, довольно далеко от него отходит, но не хаотичные движения. Скажем, мысли, ассоциации образуют личность.

Второе ограничение без комментариев. Основой личности является линия экзистенциала – боязнь мира в целом, когда мы появляемся на этот свет, родовой комплекс.

Дальше. Комплекс, то есть, то, что мы приобретаем и чего мы боимся уже каждый вроде бы своего, фобии, они конкретно в чем-то выражаются – боязнь пауков, одиночества, секс-комплексы.

Дальше – предубежденности. Это уже на экспорте, на внешней стороне личности находится, то есть чего мы не хотим знать – а чего там? Ольга не смотрит телевизор. Все работники мэрии заведомо исчадья ада, скажем. Предубежденности – на выходе имиджа, где все это фиксируется во взгляде, походке и прочее, это все мы писали, не повторяемся.

Еще одно ограничение состоит в том… ой, вот это очень любопытная штука – что неверно представление, что мы живем во внешнем мире – что вот есть я, есть дерево, я смотрю на дерево, дерево отражается во мне, у меня есть перевернутый по законам оптики образ дерева, я его распознаю, сверяю с банком данных, говорю, что это дерево и включаю в систему рассуждений – ничего похожего не происходит. Это в лучшем случае 19 век. Речь идет о том, что здесь признается… ну, это отдельная лекция, кстати говоря, если захочешь, я с восторгом – но уже по истории… термин ИПХ у Гуссерля, интенция, то есть, то, о чем мы говорили – про муравья и пишущую машинку, то есть, вот эти вот вещи лежат в основе отношений.

Поэтому говорить о том, что человек территориально определен, неверно. Вот сейчас. Люба слушает меня – где находится Люба? На первый взгляд, совершенно формальное высказывание – вот где кончается тело, там кончается Люба. Неверно. Она размазана по системе общения. Равным образом это касается меня, если тебе так легче.

Люба: – Мне так легче.

Как хочешь. Впрочем, мне лень говорить дальнейшие ограничения.

К вопросу о психовороте как о высшей форме духовной коммуникации. Я не буду говорить о том, что коммуникация имеет множество значений, как возник термин, что писали об этом в киовентическом подходе, включается этот канал или нет – в доктрину ……изации. Это отдельный разговор и довольно хитрый. Все, что я рассказывал – еще одна попытка и еще дальше пойти.

Итак, последнее перед тем, как я начну по делу описывать психоворот, надобно сказать вот что. Почему духовность не уничтожается социумом полностью? 5 миллионов лет живем на этом свете, социум приспособился очень много к чему. Если бы он «захотел», давно должно бы уже быть уничтожено, и тем не менее есть некоторая ниша.

Вот представьте себе, что есть как бы рождаемые социумом два магнитика, они создают силовое поле, где и находится психоворот.

Перед тем, как я опишу оба магнитика, сразу первое, если придет такая фантазия при описании психоворота – это очень нестабильная вещь. Чуть что не так – это рассыпается. Требуется высокая энергия, чтобы это держалось, ослабевание с любой из сторон – и все рассыпалось сразу.

Левый магнитик, условно говоря, описать легче. Это логика развития личности. То есть, если человек долго сомневается (это основа духовности, как мы выяснили), если он отчаивается, у него есть не только культура сомнения, но и культура отчаивания, то есть, некоторые вспышки радости, тупого самодовольства перемежаются отчаиванием по поводу tedium vita, собственной смертности и прочее… этот человек непременно вступит на путь психоворота. Такова логика: а дальше что? А еще что дальше?

Одновременно и обратный тезис проходит. Человек, у которого перестала развиваться личность, значит, он не хочет знать ничего дальше, вот и психоворот для него почти закрыт, то есть, только случайностным образом может возникнуть.

Любопытство – это еще одна характеристика левого магнитика. Посмотреть за ту сторону – как монах – высунуться за хрустальную сферу.

Ну и, наконец, завершая с левым магнитиком, надобно сказать, что формальной причиной действия левого магнитика является структура дальней памяти. Вот это очень хитрая штука, на которой тоже можно задерживаться. Ну, вы знаете, наверное, у человека нету одной памяти в отличие от компьютера. Устройства искусственное и естественное абсолютно не копируют друг друга.

У нас есть полтора десятка памятей – аудиальная, короткая, генная, дальняя, оперативная и прочее. Так вот гипотеза психоворота основана еще и на том, что расположение «знаний», «ассоциаций», мыслей там, в «библиотеке»…. хотя, поверьте, дальняя память совершенно не похожа на библиотеку, там библиотекаря постоянно или нет или пьяный – подсовывает черт знает что… вот… она автоматом подразумевает, что психоворот должен быть, что человеку хочется, у него непременно после какой-то точки возникает мотив войти в коммуникацию.

Дальнейшее без комментариев.

Правый магнитик посложнее. Он должен ответить на вопрос, почему в социуме вся эта байда с психоворотом все-таки возможна, редко, но возможна.

Ну, я назову лишь несколько тупых вещей. Во-первых, потому что у социума должна быть какая-то доля творчества, даже абстрактно. Иначе просто шанс, что более агрессивные или более культурные соседи выиграют войну – прежде всего в развитии военных вооружений. Это целая индустрия – перекачка творчества в пушки. И так было всегда. Скажем, при Сталине освобождали из Гулага Туполева, Лавочкина. Их собирали в шарашки, формально они зэки. Им разрешалось очень много, им разрешалось материть Сталина, только творите. Это приспособление социума к творчеству.

Наконец, отмечу еще одно, почему это происходит. Вот эти психовороты – высшие формы духовности – это отличный полигон для проверки манипулятивных технологий, причем не только современный – начиная с инквизиции. Поэтому сломать человека, который способен к психовороту – для этого надо иметь человека, способного к психовороту.

И, наконец, это просто забавно. Эффект шутов. Читайте лекцию про идиотов. Это забавно, в конце концов…

Но так или иначе, вот это поле силовое между магнитиками, описывающееся фразами «вот сейчас возможно будет», «сейчас чуть более возможно», «чуть менее», «вот сейчас начнется», «уже пошло» - вот это есть, собственно, объект нашего разговора.

А дальше представьте себе, я не знаю, или вот галактику спиралевидную, знаете, такие полосы закручиваются, или вода в ванне уходит, она подкрашена, чтобы яснее было… вот по этим линиям мы и рассказываем, что такое духовность, как она закручивается, почему она быстро заканчивается, почему от нее множество уходов в сторону… Цель – попробовать описать механику.

Значит, первое, с чего начинается движение духовности – это триггер-калибровка. Триггер-калибровка – это западный, вообще говоря, термин. Я вынужден им пользоваться, хотя смею вас уверить, что в России эти мысли были задолго до Иноана Хомского и Сатира, и Уильяма Бендлера, и много кого. И была известная работа Владимира Михайловича Бехтерева 1908 года «О внушении в общественной жизни», очень известная, и был социолог Южаков, отец Павел Флоренский. Но на Западе это не привилось, а потом, как я понимаю, у нас идеи эти просто сперли, очень эффектно оформили, теперь уж ничего не сделаешь, поскольку термины утвердились.

Что такое триггер-калибровка? Это самая длинная, самая вялая фаза, это предкоммуникация. Это разогрев людей. Начинается триггер-калибровка с точки «хорошо бы чего-нибудь странного» - ну просто вот – и кончается триггер-калибровка странным.

То, что происходит между ними, это и есть разогрев психики. Цель состоит в том, чтобы на выходе триггер-калибровки…не цель, иначе уходит тезис о том, что эти процессы могут и стихийно, то есть, люди не понимают, что происходит…но проще рассуждать, что ты некий мастер, искусственно это делаешь... Так вот. Чтобы обычные твои ценности: «хочу кушать», «завтра идти на работу», «хорошо бы выпить», «чешется» - сумма мощностей твоих обычных востребований и квазипотребностей (квазипотребности – почесаться, посмотреть, там, еще чего-то) была сравнима с желанием странного.

«Ой какие интересные дела вообще говорит этот человек, мне хочется его почувствовать»… чтобы это были сравнимые вещи.

Если обычные ценности выше, ни о каком психовороте речи нет. То есть движение коммуникации просто не начинается. Дырка, куда всасывается (об этом попозже) – закрыта. Есть, мне известно, около 40 технологий, как проводится триггер-калибровка…

И здесь еще одну неприятную, иногда и страшную вещь я должен сказать. Ольга знает уже, а ты, Люба, вне меня живешь, я думаю, ты поймешь легко, но до сих пор не знала.

Речь идет вот о чем. Движение коммуникации собственно к тому, что я говорю, движение к псевдокоммуникации, к мнимодушевности… оно начинается… стартовые фазы – одни и те же. Это растет из одного корня. Этот корень – возникновение ситуации, соответствующих мотивов и наоборот, мотивов и спровоцированных действиями в результате мотивов ситуации и желание страшного, и желание остаться так, как было – примерно равны.

Поэтому сама по себе триггер-калибровка не характеризует участвующих в ней людей ни с хорошей стороны, ни с плохой. Она характеризует вызывание нестандартной нестереотипной ситуации, где … вот подспудно суть триггера – это вялое желание не быть собой. Я задолбался быть собой. Мои привычки – думать об этом перед сном, пить водку – у меня желудок устал, я и хочу курить, и не хочу курить – уже задолбался… Вот когда такая ситуация возникает – важно понять – нежелание быть собой…

Ну, мое дело поговорить вообще о закрутках.

Первая закрутка – триггер-калибровка – как мы калибруемся, то есть, как мы попадаем под стволы… Образ «завтрак у чемпионов» у Воннегута – человеческая жизнь похожа, когда человек едет и смотрит в трубу, в трубе идет картинка – вот это и есть его представление о жизни. Но ведь это убого, вот такой мир, а мы смотрим через это…

А калибровка – «не надо мира».

Вот эта картинка связана со мной и с тобой, с партнером – допустим, мы с тобой беседуем. Триггер-калибровка может повторяться один раз. Больше энергетики у человека, людей, участвующих в таких делах, не удерживается, то есть, как определить, успешно прошел триггер или неуспешно? – спрашивать же не будешь…

Ты хочешь быть собой сейчас или нет? У нас прошел триггер или нет?

Вот по финальной фазе – это вторая закрутка – маленькая, она сложнее, чем первая, но по времени меньше. Это аптайм, время ап. Вау-импульс, о котором Пелевин писал.

Аптайм – это состояние некоторой оглушенности. Мешком из-за угла.

Это точка… Кстати, я еще забыл сказать, что все это имеет прямое отношение к гипнозу. В этом смысле первые две фазы и для гипноза точно такие. Но гипноз – это парализация воли и навязывание своей, то есть подмена некая, чужой волей.

Аптайм – это не гипноз. И это не человек, который погружен, там, в состояние… при аптайме происходящее важнее, чем то, что было до этого.

Это означает – «а я был так уверен, что я правильно живу, а тут, смотри, какая байда, это, наверное, правда, что у меня что-то не так»… или наоборот: «я думал, что все не так было, а может, так?»… а мне эта картинка не нравилась, песня мне не нравилась олькина, а мы поговорили про летчицу, а может, и прав Федоров… Вадик вчера…

Вот этот аптайм. Это точка срыва. Вот это водораздел всей теории психоворота. Аптайм может закончиться чем? Три варианта. Первый. Неудача. Да ладно, туфта всё. Разговор закончен, еще раз можно повторить триггер. Если еще раз такое – все, на этом все закончено. Как в схеме у Малеро есть полюбливание, вот здесь есть… даже не могу подобрать слово… постоянно повторяющаяся предкоммуникация. Сработала два раза – отбрасывается.

Второй вариант – что происходит в 99% случаев. Это находится кто-то или из присутствующих, или есть суггестр, или имиджмейкер – ну, сейчас есть профессионалы, которые моделируют аптайм так, как надо. То есть на выходе говорят: покупайте прокладки либеро. И все у тебя будет отлично. Именно так происходит переход предкоммуникации в шоу-технологии. На этом построено любое шоу. Вот. Качество этого перехода называется мнимодушевность, о чем мы не раз беседовали.

Формой шоу-индустрии является навязывание в простой рекламе… это вплоть до новостных передач – можно собрать 8 катастроф, которые происходят в Штатах и показать победу русской сборной на финише на чемпионате мира. Настроение создается понятное: мы замоделировали аптайм определенным образом – о том, какое там дерьмо и какая у нас сборная. В общем, форм множество.

Пока вот по моим исследованиям примерно 70% шоу еще архаичное, это быстро изменится. Что значит архаичное? Ну, дискотека. Создается аптайм, триггер, разогрев: а щас наконец несравненная мисс грудь Рязань, лучшая грудь выходит, все – «вау» орут. Замодулируй это на что-то!. что говорят? «Приходите к нам еще раз». И всё. И люди расходятся. Это значит, КПД очень низкий. Найдутся люди, которые скажут в конце не «приходите еще раз», а «голосуйте за Шпака», «покупайте либеро» или еще чего-то. Найдутся. Тратить деньги даром будут все меньше и меньше. Но пока еще не дошло, не схлопнулось. Вот когда я смотрю, скажем, американское телевидение, кассеты приносили переводные… у меня ощущение одной руки. Разные передачи, технологии, люди разные, эффекты разные. Дозирование, которое идет там… то есть, можно этот аптайм замодулировать не в рамках одного шоу, а целой серии, система шоу, каждое из которых представляет – вроде свободные люди оттягиваются, а в сумме выйдет тупая порочная цивилизация…

Не факт, что Штаты, я в данном случае ни про кого не говорю.

Итак, аптайм либо модулируется таким образом, либо не модулируется.

Если не модулируется – вот с этого и начинается, Любочка, высокая духовность. Мы вышли из обычных стереотипов, и никто друг друга не наклоняет. Это редко очень бывает. Вот это и есть духовность. Причем самый сложный здесь разговор: непременно должны живые люди участвовать или можно дистантно?

Вот коммуникация по телефону, по интернету, коммуникация с покойным отцом, с Богом, в конце концов? Не буду говорить. В простейшем наиболее надежном для рассуждения варианте – живые люди вот сидят, общаются.

Вот тогда начинается третий этап. Сброс насоса не идет, а начинается третья закрутка.

Сделаем паузу.

…итак, в прошлый день, юные друзья, мы остановились с вами на общих корях и ядовитого чертополоха псевдокоммуникации, и движения, собственно, к попытке понять, какие образом общение между несколькими людьми может вызывать вот странные эффекты, двойниковые, их наховем.

Рубеж в этом смысле, непроходимый водораздел, где еще оба корня переплетены и никакой гносеологический ножик разделить их, мой, по крайней мере, может с трудом – это фаза аптайма. Про аптайм мы закончили, да?

Таким образом, я намекнул вам, и вряд ли вам это интересно, насколько я знаю сестренку свою Ольгу Сергеевну и Любушку дорогую, вряд ли это интересно, если я буду наращивать объяснительные усилия по описанию шоу-технологий – как даже в новостных передачах это делается… если хотите, можно говорить…

Либо мы берем высокую ноту и лезем еще дальше в совершенно неясные и почти неисследованные вещи. Берем? Ладно, Люб.

Тогда мы вступаем в следующую фазу – фазу поиска. Фаза поиска – это условное, так сказать, название, выдуманное Федоровым. Начинается она, значит, с аптайма, причем с аптайма нисходящего на мнимодушевность, заканчивается она, эта фаза, вообще возникновением «я – не-я» - фаза симпатии, то есть, в конце этой фазы говорить, что описывается общение между двумя в простейшем варианте людьми уже, на мой взгляд, будет неверно.

Если, конечно, фаза поиска прошла успешно, она развила тот потенциал, что в ней есть.

Вторая характеристика фазы поиска примерно такая. Большинство – не все, но большинство проблем, которые для тебя мучительны не только в смысле материальной важности – нет денет, или вот традиционно – меня никто не любит – на фазе поиска – эти прикосновения к комплексам, которые обычно тебя мучают – они не могут остаться в неизменном виде. Как минимум. А вообще-то многое и дальше.

Но как минимум происходит следующее. Возникает обратный антипод, как я это называю, то есть ты завязываешь появившуюся слабую надежду на избавление от собственного комплекса на другого – этот человек может тебе помочь, этот человек уже наговорил тебе столько точных и интересных вещей, что ты не удерживаешься, да и неохота особенно удерживаться, он спасет, он поможет. В нем есть нечто такое. То есть, это фаза опредмечивания дальних и средних признаков собственного комплекса на другом. Он еще другой на фазе поиска. Если этого не происходит, значит, фазы поиска нет.

Конечно, здесь есть одна штуковина…тебе понятна суть поиска? Ты настолько хорошо беседуешь со мной, что у тебя возникает: он профессор, он мужик, он поможет…

Люба: – я понимаю.

Здесь есть одно «но». Ну а если человек очень хочет избавиться от комплексов, это умный человек. Он никогда не ставил чисто материальное выше всего. И при этом он знает про фазу поиска. Вот он будет тогда навешивать на кого-то свои эти проблемы? В общем-то, это не очень хорошо. На фазе поиска люди друг друга подщелкивают. Мы не вообще уже беседуем, мы не рассказываем, вообще говоря, анекдоты, а только вот о том, что нам больно. Я тебе про свое, а ты мне про свое… В расчете на взаимную помощь. Называть это нравственностью сложно, ибо казалось бы, ты должен молчать про свое и помогать другому, не в этом суть фазы поиска.

Дальше. Очень интересно здесь задать вопрос примерно такой. Ну ладно, средние и дальние признаки комплекса. Движение к ним есть ощущение освобождения некоего? Вот прорвавшегося гноя? Своего? Да еще ты приглашаешь к этому другого? Или напротив, вот движение вглубь себя означает условность этих проблем. Ты поговорил с ним, а это некоторая частность такая. Но так или иначе – фазу поиска я видел не так много раз в жизни, но я видел ее. Я умею, как мне кажется, в довольно значительном случае, когда речь идет об эксперименте, а не об издевательстве над людьми – ее моделировать, она гораздо проще возникает в условиях разнополости и гораздо реже и по особым сценариям при однополости.

Фаза поиска, еще одна ее особенность… Обычный разговор – беседуют двое неглупых людей, никакого движения коммуникации нет, обмениваются… вот вчера с Вадиком, скажем…. это всегда сопровождается отчаянием. Фаза поиска не может подразумевать наращивание отчаяния.

Из фазы поиска возврата назад к мнимодушевности уже нет. Если кто-то неосторожно дернулся, ввел понятие симметрии – нет, ты послушай меня больше, чем я тебя готов слушать, скажем – всё, это очень хрупкое, это легко оборвать, но в этом случае на мнимодушевность уже не возвращаются. Они расстаются просто, разбегаются подальше, возникает чувство – как бы стыдно, чего я разоткровенничался-то в общем?

Далее. Фаза поиска уже показывает тем самым, что человек перестает быть равным самому себе, ибо как только ты сам, слабый человек, начинаешь рассказывать хотя бы, как в былые времена, но не сейчас говорила сестренка – «проговаривать» эти дела – то, что тебя мучает, то, что по-настоящему мучает и постоянно тебя мучает. Это связано с происхождением, секс-комплексом, там, ну, множество есть всяких дел.

Вот если все это у тебя происходит, значит, ты меняешься как личность, ибо у тебя проговоренный комплекс, ты начинаешь его меньше бояться. Другой не испугался, невозможно на фазе поиска, чтобы другой боялся твоего комплекса, тогда нет этой фазы поиска.

Поэтому, начиная с фазы поиска в движении коммуникации, человек перестает быть собой. Причем для меня это совершенно очевидно. Он перестает быть собой, обретая какой-то групповой статус «я и ты». Ты как бы я. Я как бы ты. Теряются границы между психиками.

И в этом смысле классический социум исчезает. Отсюда последнее, что я хочу сказать, и это очевидные для меня вещи, да и Оле, я, кажется рассказывал, с Любушкой просто мы редко общаемся по этому поводу. На фазе поиска до такой степени важно тебе происходящее, что совершенно уходят обычные законы восприятия времени. Вам кажется, что 5 минут прошло, а смотришь – боже мой, уже полночь, мы семь часов беседуем, оказывается. Теряется ощущение пространства. Вы можете беседовать в гостинке и легко – какое-то ощущение зала, канделябров, там, то есть, теряется ощущение обычного пространства.

Далее. На фазе поиска резко сужается значимость – мы об этом с тобой вчера беседовали – членораздельной речи. То есть построение самих фраз все реже доводится до конца, соответствует грамматическим нормам. Это длится до фазы «ну, ты понимаешь, всё, чего дальше-то, в общем».

Далее. В это время не бывает обычных имиджей. Это фаза исчезновения имиджей. Мне уже, собственно, не так важно, как ты меня оцениваешь, в штанах я с тобой или перед тобой или без штанов.

Ну и что, наконец, последнее надо отметить.

Вместе с комплексом, наступая на комплекс, двигаясь против логики психики, которая стремится обойтись стереотипом – модели шляпы…. ты не помнишь ни хрена…. Мы вытаскиваем на свет, нам кажется, что мы избавились, избавляемся – впервые есть шанс сузить мощность комплекса – а дальше начнется счастье. А мы вытаскиваем змею, я вам вчера начинал говорить, что есть цепочка предрасположенностей, значит, вот, фобий, комплексов довольно глубоко…. А дальше ты тащишь экзистенциал. Поэтому финал фазы поиска – непременно, если она успешна – со 100% вероятностью должен менять отношение человека к смерти.

А дальше начинается уже – ладно, вот мой комплекс, я старый, для меня одобрение, нежная женская кожа рядом, и при этом я полный импотент, ну, допустим, что дело обстоит так. Вот мы беседуем и выясняем, женщина говорит, да ладно, Игорь, ничего, и много женщин, которые и поймут, и сделают все вроде бы нормально, и начинаем беседовать, вытаскиваем – второй виток синусоиды идет – значит, мы вытаскиваем за этим уже разговоры вообще о том, стоит ли жить, и что такое смерть, которая присутствует в нас сейчас, вот здесь, танатос. Точка. Перерыв. Следующая фаза.

</span></div>

***

2005-10-05T14:15:14Z

... спросил у чемпиона олимпиады: зачем он поперся на следующую олимпиаду – зная, что на этот раз проиграет молодым и сильным. Тот ответил, что не любит тех, кто уходит на гребне успеха - непобежденным. И когда спросят, ради чего жить, нужно иметь мужество признаться: ради того, чтобы пройти до конца, что бы там в конце ни маячило: поражение, одиночество, позор, бессилие, сумасшествие, вселенская печаль. Но надо пройти до конца, потому что только это есть достойный путь для честного человека.

Стоики

2005-09-15T05:35:31Z

Речь не о философии. Это условное название особого типа личности.
Сколько стоиков в %? Скорее всего, их от 5 до 8 %. Причем в России больше. Всё больше молодых стоиков. Страна эта движется так, что этот тип личности всё время накачивается.
В чем базовый комплекс стоика в отличие от идиота? В том, что в возрасте социализации или позже они обломились. Стоики – это обломанные люди. Стоик – это человек, прошедший через трагедию. Либо то, что он субъективно оценивает как трагедию. Горячие точки, несчастная любовь, гибель близких, тяжелая болезнь.
Стоики – гораздо чаще мужчины. Такие обломки в собачьей нашей жизни.
Точно доказанные черты стоика – обязательность, пунктуальность, абсолютная закрытость, недоверчивость, омертвленная мимика. Стоики –ригористы, они стараются жить по принципам. Их любимая тема – Родина, долг, дети, смерть. Мужественны, сдержанны.
Основной комплекс – боязнь повтора трагедии. У них память о том, что они пережили, и что потрясло их личность до основания, зашифрована и хранится далеко внутри… стоик скрывает чувства от посторонних. Пусть я останусь без денег, без жилья, без любви, без детей – только не кидайте меня еще раз в терновый куст. Только не заставляйте меня проходить еще раз, я уже не переживу. Прямое и наиболее точное выражение комплекса стоика на уровне предубеждений – особое отношение к смерти, только у них. Вы не заставите меня играть в ваши игры. Я в любой момент готов уйти из жизни. При первых признаках того, что пошла опять эта байда – я оборву на взлете. Я не буду, не могу.
Стоик не может сразу ответить симпатией. Довольно часто конфликты со стоиками происходят из-за того, что вот я к тебе со всей душой, а ты… Со стоиками очень важна этика, поэтому если не собираешься сближаться, не провоцируй.
У стоиков высокая роль семейной ценности. У мещан это капсула, куда они уходят, а для стоиков это мечта об избавлении от комплекса.
Если стоик напился или попал в экстремальную ситуацию – от него можно ждать чего угодно. Именно поэтому они редко счастливы в личной жизни. Женщины боятся стоиков. Так вроде всё нормально, а доходит до... – без башки – и всё.
Стоики – основа армии. Основа спецслужб. Стоики – чуть ли не весь флот, особенно раньше. Стоики легко узнают друг друга и объединяются, представляя собой мощную силу.

Трансформации идиота. Окончание кухонной импровизации "Идиоты"

2005-09-15T05:35:07Z

***
Какой наиболее вероятный путь трансформации идиота? Самый распространенный путь и тупой – они превращаются в смесь – у них вырабатываются рациональные вещи, но при этом идиотизм – я такая странная, я синий ежик, при этом я отлично знаю, как строить карьеру, сколько стоит шубка… Это самый распространенный путь. То, что Саша О’Шеннон пишет о настоящих бардах.
Второй путь – это очень редкий, но видел. Это путь перехода к сенсу. Человек так уходит в ощущения, он не пробует их особо передавать, а вот… постоянные поездки в лес, гомеопатия, там, избушечка, скит. То есть, ты сам превращаешься в синего ежика. Подальше от людей к миру чувств.
Третий путь, как ни странно, и тоже весьма вероятный – это замена комплекса идиота личностью, абсолютизирующей ускользание на достаточно высоком интеллектуальном уровне. Это превращение в некрофила. Это рядом с сенсом, но уход не в природу, не в ощущения… И тогда компьютерные игрушки, в технику, коллекционирование, холодная графика – вот так еще бывает.
Сексуальность идиота… Вот в каком положении он находится. С одной стороны, сексуальный синий ежик… волочит за собой длинный синий член… как-то не звучит. Но сексуальность никогда не исчезает, поэтому фригидный идиот – это большая редкость, особенно женщина-идиотка. В них до белого каления это накалено и заперто, просто мифы, которые они имеют, не очень способствуют этим делам. И возможен вариант – идиот просто машет рукой и уходит в мир секс-фантазий.

Базовое противоречие идиота – одновременно быть и не быть. И у него то социум, то он чистый идиот в смысле ежиков, то у него сейф, который он сам не понимает.

Нельзя сохранять абсолютно равный индекс идиотизма по жизни. Он то растет и определяет эту жизнь, то уходит на уровень важного фактора, но не определяющего. Идиот или не идиот – но ложку мимо рта никто не проносит. Чем проще твоя жизнь, тем меньше ты проявляешься как идиот. Чем ближе к экстремалу, тем чище проявляется идиотизм.
Если брать сложные для него ситуации, там, где он заведомо проявляется, пробует приспособиться к рискованному, где он опасность чувствует, либо слегка, либо сильно – понять это проще всего в КСН – в кризисе среднего возраста. Юный идиот – грудка высокая, все дела, она всегда утешится. Когда такого аргумента нет, возникает вопрос, приспосабливаться дальше чем? Либо развивать вот этот базовый комплекс ускользания, либо переходить к какому-то другому.
Чем сложнее ситуация, тем по закону парадокса больше идиота интересует собственный сейф – почему я такая? Почему я такой?
Он живет в этом мире, а с другой стороны, он все время осматривает собственный сейф, но только извне… Открыть этот сейф по большому счету может только исследователь. То есть, другой тип личности, который начнет выводить формулы, подбирать ключи, искать токарный станок или взрывчатку… Вот такие люди сейфы открывают.
Идиоты в отличие от остальных (кроме исследователя) – знают и видят. И в высшей точке идиотизма – в кризисе среднего возраста – это поиск другого – со слесарными инструментами.

***

Теоретически говоря, чего можно делать, рассуждая на уровне частного обобщения?

Вариант первый. Вариант долга, который тебе чужд. Как его описать? Во-первых, это знание истории. Обязательно с какой-то точки духовного развития надо не вообще любить Родину, а знать историю – историю России, о ее соплях и грязи. Для чего? Чтобы было ощущение, что это тысячелетнее место. Что ты должен чего-то делать…
Второе. Долг всегда заключен в людях. Если у тебя мизантропия, и тебе все равно – как у Алены, как у Сереги, всё, ты не вырвешься, ты будешь ходить как слепая шахтерская лошадка по кругу. И с некоторых пор тебе будут говорить: какой ты хороший, слепенький...
Любые действия, направленные на самого себя: ах, я абстрактно чего-то написал, я абстрактно чего-то понял… если твоя духовность с какой-то точки не доведена до уровня действия, то есть, этики, ты вперед не пойдешь, это закон.
И, наконец, в-третьих… Что ты транслируешь людям? Транслировать некое добро – это нехитрые вещи, это третий аспект долга.
Если ты сам не в форме – выходи на улицу и тоскуй в одиночестве.
В чем состоит долг по отношению к людям? У разных идиотов или неидиотов возможны очень сильные морфемные формы этого дела. Но всегда там должно транслироваться, по крайней мере, пять вещей. На подтексте. Прямо говорить об этом – значит, вызывать негацию, то есть, желание наоборот чего-нибудь сделать.
Первое. Никогда ни при каких условиях не отстаивать тезис, что все по своему правы, нет никаких универсалий, у каждого своя звезда, выше судьбы не прыгнешь. Пусть это делает кто-то другой.
Второе. Всегда надо романтизировать выбор. Или через книжечки, или почитайте сами, или гляньте на кого-то. Пока ты живой, никогда ничего не кончится для тебя, если есть выбор. Это про то, как правильно, как неправильно.
Ты рыцарь веры, ты в маске всегда.. ты всегда должен знать, что до тебя никому дела нет, а ты просто должен…
Третье – это очень нехитрая вещь. Никогда не критиковать и не подвергать сомнению просвещение. Просвещение – всегда правильно. Почитай книжечку, посмотри фильм. Нельзя говорить «всё дерьмо», «весь мир бардак», «все по фигу» – нельзя.
Итак вот первое – для идиота. Плюнуть на всё, выработать некие правила, превратить себя в чудовище, никому не верящее. Заниматься своими делами, выделить компании, куда тебя приносит, и вот эти вещи мягко и ненавязчиво… Со временем это либо превратится в убеждение идиота, и он либо перестанет им быть, либо он обломится полностью и станет скотиной.

Второй путь. Ты много о нем говоришь. Хрен с ним, с долгом, не моё. Попробовать вообще жить своей жизнью. Посмотреть, как ты живешь в одиночестве, отселиться. Жестко ограничить общение. Делать только то, что ты считаешь должным делать и то, что тебе нравится делать. Никому не обязана, и вот я кривляюсь, чтобы заработать себе на жизнь, мне надо. Во всем остальном я живу абсолютно так, как мне кажется либо должным, либо мне так хочется. Чтобы выяснить, кто ты такой, научный эксперимент должен быть чистым. То Федоров тебе советует, то Вадик крутится, то тебе туда надо ехать… то, что с тобой сейчас происходит – ты втянута в десятки мелких дел и не потому мелкие дела мешают, а для того они и возникли…
Пройдет некоторое время, и возможно, из формы твоей жизни возникнут некоторые ценности. Поставить эксперимент – ну, хотя бы полгода. Оторвать все канатики и посмотреть, как тебе. Ты выяснишь, ты неряха или не неряха. Тебе нравится готовить или не нравится готовить. Ты будешь поддерживать хотя бы элементарную личную гигиену или хрен с ней. Причем никому не говорить о творческих успехах. Ты работаешь сама и оцениваешь сама. Это не такой глупый путь, как может показаться.
Это путь, из которого выйдет хрен знает чего. Может, опять вернешься в ту жизнь, которую ведешь.

Третий. Довольно странный путь. Ты несколько раз как ребенок, встав на цыпочки, обнюхиваешь, понюхаешь, походишь, опять спустишься. Речь идет о том, что может быть, попробовать заняться пониманием. Этот путь я знаю до мелочей. Что, где, как. Когда ты начнешь понимать, схемы строить, возможно, это полностью уничтожит твои способности к стихосложению, музыке, возможно, но может быть, и нет. Полное отсутствие навыков. Твоя душа сопротивляется этому, идиотизм будет сопротивляться. Вряд ли ты получишь поддержку. Умных женщин вообще не любят. Но это дает шанс получит в твоей жизни нечто абсолютно новое. Экзотика некая.

Четвертый вариант. «Путь Романовой». Последний, как я понимаю, твой близкий человек, очень неплохой. Это условное название. А практический путь – зафиксировать. Сесть в клей, намазать задницу и так сидеть, чтоб не сползти. Законсервировать то, что есть. Заниматься только тем, что не вызывает тревоги. Что успокаивает. Отчеркнуть себе нижнюю планку. То есть, чего я не делаю. Все остальное я делаю так, чтобы не попасться. Я не делаю что? Я не причиняю прямого вреда людям. Никого не граблю, не бью, не вмешиваюсь. Выйди из компромисса, это твоя жизнь, ты ее живешь. Создай капсулу – и так живи. … надо принять осознанно это решение: да, я вот так живу.
Не скрою, я, конечно, буду вяло осуждать, но не очень сильно. По трем причинам: во-первых, ты сделала достаточно много в жизни, ты прекрасная женщина, а в-третьих, даже и в этой жизни ты сохранишь тягу к доброте… я уверен в этом.

Пятый вариант – это попытка всё сразу делать. То есть, жить так, как живешь и при этом применять какие-то технические методы возрождения способностей к творчеству. Идиот я, не идиот, это пусть Федоров разбирается. И ты не то чтобы прорвешься, но сохранишь способность писать чего-то… Вот пятый путь. Не скрою, он мне кажется наименее эффективным… шанс на успех менее всего… возможно, частично… просвещение, письма, концерты, войти в субкультуру, говорить, что если люди плачут над музыкой, то это уже неплохо… а новая это музыка или старая, это в конце концов мои дела… Но чем дольше ты будешь жить, сохраняя всё как есть, тем всё более жестокими будут кризисы.

Базовый комплекс идиота

2005-09-15T05:34:17Z

Базовый комплекс идиота состоит в аномально высокой роли детства. В детстве говорить о каком-то типе личности, по крайней мере, было бы тупым упрямством, догматизмом, на мой взгляд. И когда говорят, что идиоты – как дети... да, это люди, которые взрослеют, сохраняя особую роль детских воспоминаний.
Это связано с умением очень мощно, как у сенситивов, выходя на уровень сенсов, чувствовать этот мир… Это любимая тема разговора сенса – как красиво, как лягушки квакают, какой домик красивый… и это не разговор о погоде, как для остальных, а для них это и есть самые интересные вещи…
В ослабленной форме в идиотах это тоже есть – в этом смысле, пока ты не попытался почувствовать идиота в песочнице, ты его не понял. Но говорить, что это детский скрываемый аутизм, аки дети…. Ничего подобного. Идиоты слишком умны, у них слишком много целевых фантазий… Но запомним первый посыл: если человек похож на идиота, всегда ищи что-то в детстве.
Второе – вот что. У всех идиотов есть феномен синих ежиков. Синих и серьезных.
Это простейший путь – заполнить разрыв чем-то формально некритикуемым… Ежик синий и серьезный – и глазки становятся влажными, и слегка пришепетывает, мы изображаем ребенка, очень трогательного, с неожиданным идиотским глубокомыслием… Мы не жалеем никого, хрен ли нам жалеть розу в дальнем лесу? Нет, вот именно розу надо жалеть… Он туда идет… Вот такого рода ежики – они создают объяснительную инерцию – я встаю в этот круг под уличным фонарем, и я почти неуязвим. Это нравится большинству… кроме того, у всех было детство, а говорю об этом я: и мама не знала, чего я все плачу – сами эти образы ниже пояса, это как использовать в избирательной кампании маленького ребенка или кошку…
И никто не проверит. А в тебе он есть? А для чего? Таким образом, вот идиотская глубокомысленность, вещь беспроигрышная...
Идиот стремится понять и не понять…
У идиотов есть секретные сейфы, там находятся такие ситуации и представления о них, такая жизнь, такие местности, где они очень хотели бы быть, но в детстве или девичестве тронули, жестоко обломились, никому об этом не рассказали, но не сломались. В результате они несут в себе эти сейфы, постоянно показывая, что они много могут. Но никогда не двигаясь напрямую к тому, что там их подстерегает…
Вот в этом смысле они и люди, и нелюди, они и женщины, и не женщины.

Функции идиотизма в социуме

2005-09-15T05:33:50Z

Функция отражения несправедливости мира для людей тонко чувствующих, но ленивых и боящихся понимать.
Мы живем в мире, где символы более реальны, чем вещи. Нельзя описывать этот мир через отношения между людьми и отношения людей через некоторые вещи – нельзя, поскольку шоу-индустрия становится базовой в общении.
Между людьми становится уже не просто отчуждение, а такое чувствование мира, где действуют отношения как в шоу-бизнесе. Есть реклама, есть менеджмент отношений… В общем, короче говоря, в мире, где все шизеют, абсолютно все… шизофрения становится частью разума, это характеристика планеты. К этому надо приспосабливаться.
И все люди в этом смысле сейчас делятся уже не просто на типы личности, пассионарии, стоики и прочее, это есть еще, да. Но возникает деление просто на три большие группы – по способам приспособления к шизофренизации мира.
И первый тип – подчинение. То есть, ты становишься агентом шоу.
Второй и очень редкий тип – борьба. Упертость в попытке избавиться от этого, уйти в пустыню, выкинуть телевизор, заняться творчеством, непрерывно трахаться, то есть, отстоять «я».
И, наконец, третий – это как раз идиотский путь, это путь ускользания.
Змейкой между шестеренками. Формально я с вами, партбилет в кармане. А в сути – хер вы меня поймаете – в армии, служебных отношениях – я ускользну.
Это умение ускользать и видеть щель – это и есть главный козырь теперешнего идиота. Остальное – оценочные суждения, хороши ли они, что с ними будет дальше…
Главное в идиоте, как тебе сказать… нести на себе лейбл, некоторое информационное светящееся пятно – я в принципе свой, я здесь живу, я свой, но в принципе все равно все время держать курс на пространство между жерновами.
И в этом смысле остаться собой – это заплатить некую дань социуму и так жить.
Но, во-первых, нельзя долго так жить. Шанс на ошибку растет годами, нельзя, ты попадешь… Во-вторых, само ускользание – уродует психику. Уродует психику идиота в том смысле, что у них вырабатывается аллергия – нежелание учиться фундаментально понимать жизнь. Их дело понять – и ускользнуть.
Для идиота запретен путь просчитать движение маховиков, выяснить, сколько нужно, чтобы выждать и хватит ли у тебя времени и сил... Возникает идеология уйти, ускользнуть. Отсюда «груши», отсюда богемные попойки, отсюда куртуазный маньеризм и некоторые интонации Гриши Данского… вроде бы я и не всерьез, и всерьез… Я вроде бы и стебусь над тем, что говорю, я вроде бы так и думаю… И хочется сказать: ну, не 17 лет, что ты хочешь сказать? Что правильно? Что нет? Сколько можно крутиться?

Виды идиотизма

2005-09-15T05:33:17Z

Иными словами, нужно выделить практически три вида идиотизма уже в оформившемся социуме.
Во-первых, это точечный, скользящий идиотизм – там, где выгодно. Выгодно примкнуть не размышляя и внутренне даже убеждая себя в каком-то бреде на некоторое время. В общем, проще продавать свою душу искренне. Тогда это не воспринимается особо как предательство. Итак, во-первых скользящий идиотизм.
Во-вторых, виртуальный идиотизм. Идиотизм, данный в том, что есть ниша для идиотизма в государственности, которая нуждается в идиотизме как взрослый нуждается в детских воспоминаниях. Очень любят слушать идиотов в верхних эшелонах власти. Всегда есть некие блаженные, которые развлекают по банькам, по саунам и прочее. Им даже платят иногда.
И наконец, в-третьих – базовый хранитель группового опыта идиотизма – это собственно идиот. В тепличности такой. Их немного, этих идиотов, но они есть. И, видимо, усилиями самих идиотов создан некий романтический образ – совокупный Мышкин.
Попытка романтизировать то, что у нас есть – что есть, то и благородно. Голубой глаз, как называют это, некий такой блаженный наивняк.
В большинстве случаев, когда начинаешь разбираться со всем этим, очень много имитаций вот этой тепличности.
С одной стороны, вот является идиотом Сократ? Небритый… пока ты идешь таким франтом… не от мира сего, все афиняне знают, что Сократа нельзя тревожить, когда он встал… он думает. Он идиот? Да какой он идиот? Это мощнейший мыслитель, который понял гораздо больше, чем так называемые практики.
Является ли идиотом некий тип… таракуцка такая, провинциальная, наивная, с кукольными кудряшками, голубыми глазками девушка. Некая Ирина Муравьева или как ее там зовут… В фильме «Карнавал». Грета Гарбо… Да нет… Начинаешь разбираться, это просто имидж такой, это хищная мощная женщина, которая знает, чего она хочет и избрала такое… Нет.
Поэтому один из вопросов, – фундаментальный критерий, отделяющий идиота от не идиота, от имитации. Сейчас очень много похожих морфем.

Истоки идиотизма

2005-09-15T05:32:04Z

Идиотизм проявляется в ментальности. Он дан в некоторых архетипах, но возник вместе с разумом.
Первый исток идиотизма – это тяга к анимизму. То есть, попытки одновременно объяснять мир через домового как сущность дома, скажем, или водяного как сущность озера. Не абстрактное представление, как гегелевское или платоновское, а конкретное. Это идиотизм. По крайней мере, на мой взгляд, это явная предпосылка идиотизма – объяснять таким образом, чтобы приносить жертву и считать, что ты разобрался в чем-то.
Нестерпимо любому человеку постоянно говорить: я этого не понимаю, этого не понимаю. И вот псевдообъяснение. Сама тяга к экономии объяснения через одушевление непонятного чего-то – это первый исток.
Второй исток – еще, на мой взгляд, более странный. Идиотизм – он еще и архаичен в том смысле, что, видимо, был период, у Хайдеггера эта мысль была, когда разум уже был, а членораздельной речи еще не было. Когда был некий переход от языка к членораздельной речи. Не было глаголов, прилагательных, но были такие символы, знаки, похрюкивания, которые позволяли первобытным людям быстро обменяться в зависимости от ситуации.
Вот это умение не задумываясь передавать себя быстро и более-менее точно – умение распознавать символьные навыки, физиогномика какая-то – оно имеет, на мой взгляд, отношение к идиотизму. И вот ты одновременно являешься разумным существом и одновременно практически нечленораздельным.
Наконец, в третьих, отметим вот что. Нельзя понять какое-то явление, не анализируя тени, какого-то отрицания. Если ты рисуешь любое явление, скажем, брак, государство или любовь – треугольничек, то сразу, не задумываясь, рисуй треугольничек вершиной вниз. Можешь быть уверен, что это есть. Пока ты не разобрался в тени, у тебя и описания того, что ты видишь, не будет.
Матрица– я не буду об этом говорить, я это чувствую, но думать и понимать этого я не желаю – я повинуюсь правилам игры. Бороться с правилами игры я не желаю. Вот идиотизм – это матрица для некоторого типа людей. Я правила игры соблюдаю более-менее – условно говоря, за винтовку не берусь, но в кармане всегда держу фигу одновременно. Я и там, и там, я виртуальный гражданин, который более-менее равномерно размазан по сцене социальных отношений.
Идиотизм оформился как ряд периферийных идеологем. То есть, если я не там и не там, то проще всего примкнуть к какому-то типу идеологем. Ну, например, я с удивлением узнал, что мощные, уважаемые мной люди, писатель Алексей Толстой, Юрий Олеша без звука и добровольно расписывались в только что появившейся идеологеме, да и не идеологеме, сообщении газеты «Правда» «арестован Николай Иванович Бухарин». Еще ни в чем не обвиняют – они сразу подписывают сообщение о фашистском отребье, что ли… Это умнейшие люди. Почему? Работает их тяга к идиотизму. То есть, идиотом можно быть на некоторое время.

Как реализуется идиотизм. Продолжение.

2005-09-14T06:58:34Z

Первый и наиболее очевидный жизненный сценарий – это экономия сил. Идиот ленив. У него выходило входить в компанию за счет неожиданной шутки, за счет игры в абсолютную Золушку. Кроме того, этим мальчикам и девочкам нравилось ощущать и заставлять других вокруг себя ощущать, что они несут некую мировую правду. Мы обидели Танечку – «фу, какие вы плохие, у вас черные души»… Все стоят и задумались… и потом другому рассказывают. И Танечка известна, и этот навык закрепляется. Таким образом, в первой социализации идиотизм основан на холодном расчете.
Меня никогда не впечатляла сама идея князя Мышкина. Битый жизнью мужик, который чего-то понял, отчаялся, стальные глаза и неуравновешенная психика. При этом греха он набрался до фига, а вот вставание в позицию «ах, я не с вами», «ах, вы Христа бы распяли, если бы он пришел второй раз»… Так и хочется спросить: к чему все эти прыжки? Ты сам-то шел через что, какие уроки ты вынес, кроме абсолютного отторжения от мира? Я не про тебя говорю, а про Мышкина.
И рано или поздно идиотизм доходит до своей точки, на которой начинается выбор. Ты действительно станешь высоким идиотом, ты будешь имитировать или перестанешь?
Эта точка – отношение к мнимодушевности. Когда ты осознал, что многие вещи мнимодушевны. Мне, например, почему-то кажется, что… как тебе сказать, есть у меня некоторые выступления, которые холодно взвешены… аудитории понравится вот это, я бы хотел создать образ странного профессора несколько не от мира сего… У тебя это «Матютя», мне кажется. Животное, зараза, ритмика, описание, сырая земля… Работает? Рабоотает, чего ж не работать…
Вот когда такие вещи начинаешь осознавать, то следующий шаг – естественный выбор. Это надо ставить в центр? С этим надо бороться? Или это возможное отдохновение?

Мотивы идиота. Продолжение.

2005-09-14T06:56:52Z

Первый мотив – «я хочу понимать» - такой же, как у рефлексика. Но с другой стороны – я ни в коем случае не хочу понимать. В результате собственно познавательный порыв идиота – это достаточно важное описание – оно похоже на взметнувшуюся вверх, к верху оконной рамы кошку с алмазными когтями. Она царапнула – и съезжает… Туда, куда лучшие интеллектуалы, философы идут годами и тысячелетиями, пробуя фундаментально делать выводы, доказывать… Идешь вот так – смотришь – сидит котяра с алмазными когтями. Откуда взялся? Ты ж Гегеля не читал? Ну, не читал… Какое-то удивительно изящное и мощное понимание и – соскальзывание… А это вторая сторона противоречия – «я не хочу понимать долга». Я не хочу доводить понимание до мировоззрения. Они схватили что-то – и съехали. Иногда кажется, что им нравится сама процедура, скрип алмаза о стекло, съезжание. Второй мотив как противоречие базового комплекса: "я хочу быть с людьми» и «я не хочу быть с людьми» - одновременно и равномощно. Я бы дорого дал, чтобы нашелся идиот, который честно описал, что он думает, когда он один… Можно ли быть идиотом не напоказ? Не на публике? Вариантов не знаю. Допускаю, что может быть, и можно, но ни разу не видел, не слышал. Идиотизм – это какая-то форма презентации. Достоевский, когда Мышкина описывал, не описал Мышкина в ванной… Он идиот в ванной? Что он, мочалкой мимо подмышки промахивается? Нееет, вряд ли… А с другой стороны – «я не хочу быть в социуме». В этом смысле идиотизм возникает не как желание достичь успеха в социуме, он возникает из нежелания быть в этом социуме. Поэтому в идиотизме есть оттенок неудачника, неудачника принципиального, который нигде не цепляется. Идиот может прошуметь с одним концертом, но невозможно, чтобы идиотизм был постоянной гарантией успеха. Идиот – он как бы пульсирует. Его мышление – это «я» - «не я», «я» - «не я»… В этом смысле идиотизм – это своеобразная маска. Неглупая маска, достаточно благородная. Но, как всякая маска, она либо прирастает к лицу, и тогда сценарий идиота – кривляние… пожилой эстрадник, который пробует изобразить глубокомысленные шутки – не получается… … либо рационализация. Идиот становится рационалистом, начинает стричь купоны с идиотизма. Это второй мотив. Наконец, третий мотив идиотизма. Идиоты, как я замечал, это редко красивые люди. У них, как правило, проблемы в личной жизни. Всегда. Кроме того, идиот настолько живет в картинке, в идеализированном мире, что психолог, как правило, он плохой. Если он плохой психолог, невелики его сисечки (идиотизм больше на любителя), то в нем, как правило, есть раскаленные добела эротические комплексы. Это одна из мин, которая взрывает идиотизм.

Кухонная импровизация «Идиоты». Начало.

2005-09-14T06:23:56Z

Идиотизм не является атрибутом разума. Иными словами, нельзя говорить, что все люди проходят какую-то фазу… либо идиотизм присутствует как мотив… нет…
Идиоты – это еще один тип личности. Столь же аномальный, как сенситивы, но и столь же редкий как сенситивы.
Во-первых, они возникают внутри далеко не всех цивилизаций. Скажем, не знаю ничего про идиотов в Древнем Египте. В Штатах тоже идиотов в том смысле, как я сейчас их понимаю, мало.
Но нельзя еще путать: есть множество путей духовной жизни, похожих формально на идиотизм. Но мы беседуем не о дервишах, не о блаженных в России. Это отдельный разговор об особой форме шизоидности.
Идиот – не обязательно шизоид, просто описывать удобно его как шизоида с легкой руки Достоевского.
Во-вторых, это люди всегда промежуточные. Они и не субпассионарии, и не пассионарии. У них совершенно особый путь, уникальный, у них совершенно особая аргументация в видении мира, и что самое примечательное – в сценарии движения, не скажу – развития.
Идиотизм качается. Например, сенситивность с возрастом падает. Женщина такая… чуткий зверек… она редко бывает такой же до старости. А пассионарность – желание властвовать – развивается. Но оставим это.
Чтобы уйти от социума, есть ли вообще в нем какие-либо стимулы для людей этого типа? Почему они появляются? Да, есть.
Есть маленькая ниша, связана она с тем, что такие люди идеологически не опасны, они создают, если умело ими оперировать, ощущение мудрости некоей такой, и, наконец, идиотизм развлекает. Это хорошее развлечение для остальных.
Но не дай бог эта ниша идиотов в обществах, где они возможны, будет чуть больше. Тогда идиоты беспощадно рубятся, для этого есть психушки в СССР, для этого есть астрохизмы в Древней Греции. Астрохизмы – насмешки, делается поле насмешек вокруг идиота…
Сам термин «идиот» идет от греческого, где примерное значение – это особый такой наивный философ. Диоген в бочке – вот идиот. Причем в Греции всегда был оттенок уважительности, не было оттенка насмешки, превосходства, как сейчас.
Нас, естественно, интересует более, что это такое есть, как, в какую питательную среду он погружен.
Основные чувства, которые провоцирует идиотизм у остальных, за счет чего он питается, – «это неглупо», «за этим, наверное, очень много стоит всяких дел», это выражает какие-то системные связи в мире, человек вроде что-то понял такое крупное… Философы, там, дурачки, экономисты, политологи работали – и ни фига они не стоят, профессора дурные, а идиот что-то вроде понял, из-за чего хочется плакать или смеяться, и все дела…
Конечно, за идиотизм и расплачиваются. Расплачиваются тем, что можно очень хорошо относиться к нему в компании, устроить ему квартирник… Но идиота не возьмут в дело. Идиот ненадежен. Кроме того, с идиотом нельзя строить семейную жизнь.
Поэтому и осторожное блокирование от идиота есть, что еще более его, как правило, распаляет.

Из размышлений о квазикоммуникациях. Мнимодушевная песня.

2005-09-14T06:17:06Z

Она не должна быть слишком длинной - дабы не утомлять.
-Желательно запустить шифр по рефрену - некую кодовую строку, крючок, который запоминается и ожидается (по цветам-по цветам).
-Очень желательно обнаружить знание этой нашей непростой реальности. То есть в тексте должны присутствовать образы ("за жисть"), обнаруживающие это твое знание (секретик под стеклышком от "Арарата", читал Кортасара в сортире чужом, кассета всегда на одной стороне и т.д.).
-Обязателен комплимент слушателю, тонкости его душевной организации и высшему образованию, вашему общему духовному полю, что ли... (Кортасар, Фейхтвангер, Пушкин, Ван Гог и и.п.).
-Один из двух механизмов:
1. "закрутка" - напряжение приходится на конец мнимодушевной песни.
2. "отходняк" - напряжение в середине, к концу спадает.
-Исполнение желательно с интонацией "ниже пояса": плач, придыхание, нарочитая отстраненность при душераздирающем содержании, интимность и тепло, воспоминание о чем-то эдаком близком-далеком, безвозвратном, дорогом.... Первая рюмка, первая сигарета.... Тыры-пыры...
-Обязателен светлый образ будущего. Что-то такое должно прийти - обязательно! Верь. (Мы уедем с тобой, мой дружок, непонятно куда - и там будет хорошо). Слушатель не любит, когда все плохо кончается и нет надежды.
-очень мнимодушевно получается, если организовывать песню по стихиям. То есть берется ряд образов, которые ассоциируют одну из четырех стихий - и ни в коем случае эти стихии не смешивать в рамках одного творения.
1. воздух - сигарета, дымок, снег, небо, звездолет.
2. земля - смерть, корни, лес, мозоли, дорога, пыль.
3. вода - море, лодка, фонтан, дождь, капли на стекле и т.д. и т.п.
4. огонь - страсть, кровь, электричество, вулкан, костер, солнце, пепел, спички.